СПб, ст. метро "Елизаровская", пр. Обуховской Обороны, д.105
8(812) 412-34-78
Часы работы: ежедневно, кроме понедельника, с 10:00 до 18:00
Главная » Журнал «ПИТЕРBOOK» » Рецензии и статьи » Загадки китайской души

Загадки китайской души

19:00 / 11.10.2017
Кристина Кудрякова

Проза из Китая: рассказы современных китайских писателей. РецензияПроза из Китая: рассказы современных китайских писателей
М.: Союз российских писателей, 2017

Подойдите в любой библиотеке к любому очкарику (считается, что все книгочеи близоруки) и попросите его назвать хотя бы одного китайского писателя. Если нарвётесь на продвинутого, услышите имя Мо Яня, нобелиата 2012 года. И всё. А если на обыкновенного читателя, то, уверяю, ответом будет пожиманье плечами и отрицательное мотанье головой. А между тем в современном Китае писателей (как и в России, впрочем) пруд пруди. И познакомить с их творчеством широкого читателя, равно как и китайцев с творчеством российских прозаиков, отважился Союз российских писателей, затеяв зеркальный проект: в Китае «Проза из России» (на китайском языке), а в России — «Проза из Китая» (на русском языке). Организаторами этого вполне себе масштабной и актуальной затеи в России стали Светлана Василенко и Левон Осепян, за что им большое спасибо, поскольку именно их стараниями и их отбором мы теперь можем познакомиться с загадками современной китайской души. А знать это при нынешних геополитических раскладах просто необходимо.

Итак, перед нами сборник рассказов «Проза из Китая». И это очень правильно, поскольку именно малая проза даёт возможность в одном издании увидеть достаточное количество имён и в некотором смысле панораму (или, если угодно, срез) современной китайской литературы. Очень надеемся, что нынешний сборник — первая ласточка, за которой последуют остальные, но пока — вот так: восемь авторов, восемь пока ничего не говорящих русскому уху имён — пять женских и три мужских, причем, как вы понимаете, без фото по имени пол не угадаешь. Стоит заметить, что авторы отнюдь не новички, все они неоднократные лауреаты различных китайских литературных премий, их романы и рассказы переведены на несколько европейских и азиатских языков, к тому же многие облечены должностями в различных Союзах китайских писателей. Но это, так сказать, коллективный портрет, а что же в частностях?

Скажем сразу: в основном перед нами образцы сугубо реалистической прозы, правда, с двумя отклонениями. С них и начнём. Сборник открывается притчей с корейским окрасом писательницы Цзинь Женьшунь «Танец в монашеском одеянии». Вот здесь читатель сразу окунается в восточную экзотику с историческим оттенком и с массой слов, требующих сносок, хотя сюжет универсален и, безусловно, имеет европейские аналоги. Фабула более, чем проста: соблазнение буддийского монаха танцующей женщиной, пришедшей якобы за разрешением философских вопросов. Танец женщины перед мужчиной. Чем заканчивается, всем известно. Но предшествующий разговор отнюдь не прост и весьма познавателен для европейца. А завершается сборник мистической новеллой писательницы Фань Сяоцин «Не моя остановка». Пересказ может уложиться в пару фраз: любитель командировок попадает в мистическую ситуацию. Он, преодолевая различные препятствия, никак не может добраться до места назначения, а когда останавливается в случайном отеле, то по обнаруженной старой записной книжке выясняется, что он уже здесь был и теперь вряд ли отсюда выберется, судя по ласковой и многозначительной улыбке хозяина. Так и случилось. Неизвестно, читала ли Фань Сяоцин Кафку или же это отголоски китайской классической литературы, нам неведомой, но зыбкая атмосфера бытия, которая может измениться в любой момент, непреднамеренно-преднамеренная закольцованность происходящего передана ею на весьма высоком уровне. Чувство тревоги и предощущение неотвратимого не покидает читателя не только во время чтения. Проза с послевкусием в текущей литературе, согласитесь, не столь частый вариант (классиков в расчет не берём).

Что же касается оставшихся шести новелл, то в них китайская повседневность простых людей обрисована достаточно живо и подробно. А манера изложения весьма близка к европейской. Это быстрая проза коротких и ясных предложений. Чтобы никого не обидеть, перечислим всё и всех оставшихся. Женская проза представлена рассказами «Сумеречный барабан» Те Нин, «Родные» Е Ми, «Впереди отделение полиции» Линь Набэй, мужская — «Забытая рука» Яня Ляньке, «Одиннадцатая сиделка» Лю Цинбана, «Её имя» Су Туна. Здесь у нас и строительный рабочий, сбегающий в ужасе из города в свою деревню после аварии, когда спасатели забыли оторванную руку односельчанина в строительном мусоре — в российском аналоге это могла бы быть история гастарбайтера, все реалии удивительно схожи. И бегство мелкого правонарушителя, боящегося полиции, от своего хозяина, назойливо набивающегося в близкие друзья и преследующего беглеца, в результате чего герой предпочитает сдаться властям. И немощный старец-сластолюбец, не дающий проходу своими непристойностями всем своим сиделкам. И прогулка в сумерках одинокой пожилой, но активно молодящейся женщины со всеми её думами и воспоминаниями под рокот барабанов. И девушка, в погоне за призрачным счастьем одурманенная мистикой имени и без конца меняющая своё. И раскаявшаяся дочь, сдавшая мать в монастырь-приют, и опоздавшая, не сумевшая с ней попрощаться перед её кончиной. Бедная событиями — но не страстями! — жизнь бедных людей. Каково было этой дочери шесть лет ходить через дорогу обедать к отцу, создавшему другую семью? Не от хорошей же жизни!

Так что можно узнать о загадочной китайской душе из этого сборника? Люди как люди, и проблемы у них такие же, как у нас, и живут они трудно, но при этом принимают свою жизнь, не скулят и не юлят, они мужественны в том повседневном бытовом значении этого слова, когда, впрягшись в лямку своей судьбы, не бросают её, а продолжают тащить. Но тащат не в покорном и унылом фатализме, а в осознании важности своего пути и работы своей души. Во всяком случае, читать этот сборник интересно. И вовсе не из-за его несуществующей экзотики, а из общечеловеческих соображений, из попыток познания человека как феномена.

Напоследок об обложке. На лицевой стороне фото из Шэньяна с названием «Неисчислимая рать» — попробуйте угадать, что это такое? На задней стороне — «Доброжелюбный шэньянец». Вот так назвала своё фото Екатерина Арт, соединив слова «дружелюбный» и «доброжелательный». Вот и проект Светланы Василенко и Левона Осепяна получился доброжелюбным. А мы, читатели, с надеждой ждём его продолжения.

Подписаться на автора
Комментарии

Вверх