СПб, ст. метро "Елизаровская", пр. Обуховской Обороны, д.105
8(812) 412-34-78
Часы работы: ежедневно, кроме понедельника, с 10:00 до 18:00
Главная » Журнал «ПИТЕРBOOK» » Рецензии и статьи » Сергей Соболев. Олаф Стэплдон как зеркало научной фантастики ХХ века

Сергей Соболев. Олаф Стэплдон как зеркало научной фантастики ХХ века

12:00 / 23.04.2017

Олаф Стпелдон. Создатель звезд. Из блоговОлаф Стпелдон. Создатель звезд
М.: РЕФЛ-бук. Киев: Ваклер, 1996

Он снабдил всю последующую мировую НФ удобным каталогом-шпаргалкой сюжетов и тем...

Станислав Лем

Отсутствие всякого попсового оживляжа, упрощение антуража вкупе с менторским тоном делают книги Олафа Степлдона непригодными для издания в обычных НФ-сериях. Однако же и НФ-ориентация автора не оставляет ни малейшей надежды на издание его книг в сколько-нибудь серьезных издательствах. Вот его книга и вышла где-то на маргинальных задворках, среди брошюр о «третьем глазе» и пособий по высшей магии, на дурной бумаге, с дикими опечатками и в безвкусном оформлении.

Стиль, конечно, далеко не сахар: межгалактические войны с покорением планет и взрывами звезд, сверхдревнейшие цивилизации, отстранено наблюдающие с нечеловеческим спокойствием за тотальным геноцидом, — все это намечено пунктиром у Стэплдона, простым, обыденным языком. Лексическое удушье автора? Переводчика? Несомненно, Стэплдон проигрывает в эрудиции Станиславу Лему. Стэплдон не изощряется в изобретении наукообразных неологизмов, и когда ему не хватает специфических терминов — переходит на поэтические метафоры. Его речь (в переложении переводчика О.О.Чистякова) выглядит такой же скучной и прямолинейной, упрощенной до примитивизма, как и язык, допустим, А.Э.Ван Вогта, а ведь в энциклопедии Клюта отмечается, помимо всех достижений Стэплдона в создании современной космической философской системы, еще и великолепие языка и структурной логики. Право, не мог же человек, сочиняющий стихи, писать так жутко! Впрочем, Стэплдон объясняет это несоответствие так: «В памяти автора этой книги, человека, остались лишь обрывки этого видения, которое так потрясло и взволновало его, когда он был космическим разумом. И все же я должен стремиться поймать это ощущение в очень непрочную сеть слов. <...> И хотя человеческий язык и даже человеческая мысль в силу самой своей природы не способны передать метафизическую истину, я должен ухитриться это сделать, пусть даже при помощи одних только метафор». Может, в другом перекладе будет лучше, а пока мы видим только лишь «бесконечно жалкие и банальные слова».

Речь Стэплдона напоминает стилистику писателей, сравнительно поздно начавших литературную карьеру — лет эдак с сорока (Фармер, например). Есть что-то от спешки, от стремления побыстрее высказаться, что ли. Отсюда и пунктирная манера повествования. Прав был Вл.Гаков, когда писал, что «для специалистов-филологов проза Стэплдона — ниже всякой критики, а для профессиональных философов его философия слишком “литературна”».

Итак, о чем же эта книга?

Стоя на холме, автор усилием воли отправляется в космическое путешествие по вселенной. «Судьба предоставляет мне возможность не только исследовать физические глубины вселенной, но и узнать, какую именно роль в звездном мире играют жизнь и разум».

В путешествие отправляется отделившийся от тела разум человека, причем, как можно догадаться из дальнейших описаний, из органов восприятия у него имеются в наличии лишь аналоги человеческих глаз, причем изо всего обилия волн и излучений эти «виртуальные» глаза воспринимают только привычные человеческому глазу волны. Однако для широты картины Стэплдон широко использует возможности телепатии — посредством которой главный герой вживается в новые миры, дабы изучать чужие цивилизации изнутри.

Вот как Стэплдон описывает коммунистическую идеологию на планете, максимально приближенной к Земле как по природно-климатическим условиям, так и по социальному устройству у разумной расы, ее населяющей: «Коммунисты, тем временем, упорствовали в своем отрицательном отношении к религии. Но в двух крупных коммунистических странах официальное “безбожие” стало во всем походить на религию, за исключением названия. У него были свои учреждения, свои священнослужители, свои ритуалы, своя мораль своя система отпущения грехов, свои метафизические доктрины, которые, несмотря на весь их ярый материализм, являлись, тем не менее, суевериями. А вкус и запах божества были заменены вкусом и запахом пролетариата».

Олаф Стпелдон. Создатель звезд. Из блогов 1

Стэплдон несколько раз особо акцентирует внимание на том, что «цивилизация» и «механизация» не являются синонимами, и что вслед за развитием техники следует рост количества заболеваний нервной системы. Кроме того, он считал, что космос надо исследовать не физически, а телепатически! Стэплдон даже не стал придумывать космических кораблей для дальних межзвездных перелетов: высокоразвитые цивилизации отправляются «в гости» к своим соседям по галактике на собственных планетах!

«Заповедь “Возлюби ближнего своего как себя самого” чаще всего вызывает у нас желание воспринимать ближнего своего как бледную копию себя самого, и ненавидеть ближнего, если он не соответствует этому представлению».

«На примере всех без исключения войн она видела — на первой стадии любое общество старалось лишить врага человеческих черт, внушая себе, что он — простейшая форма жизни. И все ради того, чтобы, убивая, не испытывать угрызений совести». (Г.Бир, «Смертельная схватка»).

А вот что пишет Стэплдон про патриотов: «Все идеи нации или класса, он, как и все его соплеменники, воспринимал безропотно и с фанатизмом. Стоило только ему увидеть какой-нибудь символ или лозунг его суперплемени, как переставал быть личностью и становился чем-то вроде тупого животного, способного только на стереотипные реакции».

«Аристократы были также очень подвержены умственным расстройствам, в особенности, невротическому преувеличению собственной значимости».

Про историю: общество «оглядывалось на прошлое с недоверчивым любопытством и с очень большим трудом могло разобраться в запутанных, позорных и, по большей части, глупых мотивах, толкавших на активные действия даже самых достойных из его предков».

Кем только ни населяет вселенную Стэплдон: бегло описывает разумных кентавров, крабов, одноногих прыгунов, моллюсков-наутилусов, крылатых людей, медуз, пауков, рыб и даже растения...  Люди-растения сразу же напомнили мне рассказ К.Саймака «Зеленый мальчик с пальчик» (1954), про разумное дерево, прилетевшее на Землю, и общавшееся с помощью телепатии.

Роман «Создатель звезд» — подлинный взрыв фантазии и «бесконечный фонтан миров»: на трех сотнях страниц перечислено слишком много типов разумных существ и способов их социальной организации, чтобы до конца века все оставшиеся фантасты смогли бы исчерпать эти кладовые. Может быть, именно поэтому Стэплдона так высоко ценили Герберт Уэллс, Клиффорд Саймак, Артур Кларк, Станислав Лем и Джеймс Блиш.

Олаф Стпелдон. Создатель звезд. Из блогов 2

Но все у Стэплдона как-то мрачно, почти без юмора. Прочитав Стэплдона, я понял откуда растет «Сексотрясение» Лема или его же «Мир на Земле». Помните распыляемых мелких-мелких роботов из этого романа? Похоже, что идея впервые озвучена именно Стэплдоном, который придумал цивилизацию «композитов» — рассредоточенное разумное существо из мелких модулей. Напоминает разумную тучу воробьев или других, еще более мелких существ — например, насекомых. «Некоторые очень большие и сухие планеты были заселены насекомообразными существами: каждый рой или гнездо представляли собой состоящее из отдельных частей тело с общим разумом. <...> Разумом в этих огромных мирах обладали не отдельные личности, а разумный “рой”. Подобно насекомоподобным, эти маленькие создания в отрыве от роя были лишь обычными, руководствующимися инстинктами животными, живущими только одним желанием — вернуться в стадо».

Все цивилизации, по Стэплдону, погибали от космических, технических или биологических катастроф (зачастую организованных собственными руками), а выживали только те расы, чей интеллект смог слиться в единый «мировой разум».

А потом появился общегалактический сверхразум, объединяющий всех разумных существ Галактики в единый мыслящий организм.

Интересен экскурс по жизни Вселенной — история мира от Большого Взрыва и разбегания галактик до энтропийной смерти вселенной изложена в десятой главе. Этими страницами вполне можно проиллюстрировать теорию звездной эволюции в популярной книжке по астрономии.

Массовое заселение космоса во времена утопической эпохи: планет с разумной жизнью со временем становится больше, чем звезд!

И всё это поразительно тем, что написано в 1930-е годы! Стэплдон родился 10 мая 1886-го, скончался 6 сентября 1950-го.

Интересна теософская гипотеза о скучающем Боге и причинах, подвигнувших Его на акт Творения вселенной: «Мы вообразили, что вначале Создатель Звезд был одинок, но жаждал любви и общения, и потому решил сотворить совершенное создание — свою любимую».

Стэплдон нарисовал нам три ступени самосознания, по которым прошел его герой: «от самосознания индивидуума к самосознанию мирового разума, а от мирового разума — к общегалактическому». И если один из землян нашего, нынешнего уровня развития, смог пропутешествовать по Вселенной от звезды к звезде, от эпохи зарождения разума и расцвета цивилизаций до полного заката и угасания мира, смог общаться как с муравьями, так и со звездами, то остается надежда, что это будет под силу и всем остальным.

Олаф Стпелдон. Создатель звезд, Из блогов 3

Разумеется, Стэплдон строил свою конструкцию не на пустом месте, до него были превосходные фантасты конца  XIX столетия, Фламарион, Беллами, Гиттон, Мантегацца и множество других авторов, которые позабыты и позаброшены. Прямым  предшественником Стэплдона считается Г.Дж.Уэллс (который старше на двадцать лет), но Уэллс известен и широко печатается до сих пор, а тексты Стэплдона из-за его манеры больше философствовать, чем писать художественную прозу, плохо подходят для праздного времяпрепровождения, это не развлекательная сюжетная литература. По астрономическому масштабу тем, которые он плотно разбирает, Стэплдон превосходит К.Фламмариона, перепрыгивает Эдварда Беллами с его столетним сном, оставляет далеко позади прогнозы из «Машины времени». Уэллс показал нам пару человеческих рас да марсиан, а Стэплдон, как упоминалось выше, придумал и сконструировал десятки отличных друг от друга видов.

Поэтому так интересно искать забытых и потерянных авторов. Не все они забыты по причине лютого примитивизма, некоторые канули в Лету из-за сложностей восприятия, как это чуть было не стало с Олафом Стэплдоном. Между тем в 1950-е его продвигал Сэм Московиц, в 1970-е — Брайан Олдисс, а Джон Клют назвал Стэплдона «фантастом для фантастов».

 

Ранее в рубрике «Из блогов»:

• Дмитрий Бавильский о романе Джейн Остин «Мэнсфилд-парк» в переводе Раисы Облонской

• Swgold: Первая юношеская. О романе Р.Хайнлайна «Ракетный корабль «Галилей»

• Маша Звездецкая. Совы не то, чем они кажутся. О романе Василия Мидянина «Повелители новостей»

• Swgold: Вселенная. Жизнь. Здравый смысл. О романе Р.Хайнлайна «Пасынки вселенной»

•  Дмитрий Бавильский о книге Антонии Байетт «Ангелы и насекомые»

•  Екатерина Доброхотова-Майкова. Почтовые лошади межгалактических трасс

Комментарии

Вверх