СПб, ст. метро "Елизаровская", пр. Обуховской Обороны, д.105
8(812) 412-34-78
Часы работы: ежедневно, кроме понедельника, с 10:00 до 18:00
Главная » Журнал «ПИТЕРBOOK» » Рецензии и статьи » Побег из тюрьмы плоти

Побег из тюрьмы плоти

12:00 / 17.02.2015
Василий Владимирский

Уильям Гибсон. Нейромант. РецензияУильям Гибсон. Нейромант
СПб.: Азбука. М.: Азбука-Аттикус, 2015

Адепты высоких технологий слишком поздно заинтересовались механизмом человеческого восприятия и недооценили роль телесности: нам комфортнее слепо тыкать пальцем в экран айфона, чем размахивать руками в пустоте или отдавать команды голосом, как в старой доброй НФ восьмидесятых. Внезапно выяснилось — сюрпрайз! — что самосознание неразрывно связано с его материальным вместилищем, а в человеческий мозг встроен хитрый предохранитель, биологическая защита от иллюзии, от того, с чем мы не можем взаимодействовать непосредственно, физически.

Отказ от телесности — одна из центральных тем цикла «Муравейник», куда входит роман «Нейромант» и часть рассказов из сборника «Сожжение Хром», собранных под этой обложкой. Только взломав защиту, естественный брандмауэр, установленный эволюцией, можно войти в этот удивительный и жуткий мир. Подключиться к киберспейсу, матрице, «консенсусальной галлюцинации... графическому представлению данных, хранящихся в памяти каждого компьютера, включенного в общечеловеческую сеть». Попасть на хакерские небеса, где вольно парит дух киберковбоев, сбросивших узы плоти. «Световые лучи в псевдопространстве мозга, кластеры и созвездия данных», полная, абсолютная, ничем не ограниченная свобода... Но чтобы вдохнуть ее полной грудью, надо перестать быть человеком.

Уже в первом опубликованном рассказе, «Фрагментах голограммной розы», Гибсон писал об «отвращении к совершенной машине тела». Кошмары и мечты Кейса, главного героя «Нейроманта», пропитаны презрением к «клетке из мяса», да и само его имя многое говорит внимательному читателю: кейс, как известно, это чемоданчик, «прямоугольная емкость для хранения предметов». Именно в таком носят душу босса мафии герои «Криминального чтива» — но Гибсон, как мы видим, опередил Квентина Тарантино. «Нейромант» — бесконечные па самоубийц, изящно и опасно балансирующих на краю пропасти. Кейс, заключающий необдуманные сделки, дергающий тигра за усы, очертя голову несется на адреналиновой волне и бессознательно провоцирует улицу прикончить его. Орбитальное семейство мультимиллионеров Тессье-Эшпулов, когда-то мечтавшее отказаться от самосознания ради превращения в нечто большее, в безмысленный рой, действующий как единое существо (эту идею Гибсон позаимствовал из одноименной повести Брюса Стерлинга), выродилось, деградировало, обратилось в уродливую «структуру, прорастающую внутрь себя». Наконец, истинный работодатель Кейса, ИскИн Уинтермьют, по сути платит за то, чтобы хакер уничтожил его, взломал, стер границу между «я» и «не-я». Все они стремятся к одному: выходу за естественные пределы, эволюции через саморазрушение. И как минимум один достигает успеха на этом тернистом пути.

«Нейромант» не просто краеугольный камень киберпанка — это безусловная классика конца XX века, книга, с которой начался очередной виток усложнения англо-американской фантастики. Стробоскопическое смешение образов, позаимствованных из поп-культуры восьмидесятых, из теории информационных и биотехнологий, из книг по антропологии и социологии, философии и теологии, образов, нанизанных на пульсирующую нить сюжета. Безумная динамика, рок-н-ролльный ритм, гламур и шагрень, хромированная сталь и потертый пластик с въевшейся грязью, светящиеся граффити молодежных банд и потускневший от времени антиквариат. Уличные самураи, клонированные убийцы, орбитальные курорты, моделированные наркотики...

Гибсоновский образ будущего, «необычайно объемный и ощутимый», как писали в журнале «Локус», давно распался на фрагменты, частью растворившиеся в нашем общем прошлом, частью так и оставшиеся нереализованной грезой, чем-то вроде Большой Американской Мечты 1930-х, которой посвящен рассказ «Континуум Гернсбека». Неон давно не используют для подсветки наружной рекламы. Обанкротились и закрылись аркады игровых автоматов. Никто больше не измеряет объемы информации в «тысячах мегабайт». Со всех географических карт исчез город Ленинград, фуллеровские геодезические купола так и не закрыли небо над мегаполисами. Ну а место Матрицы, сулящей безграничную свободу, занял «интуитивно понятный» Интернет, статичная картинка на плоском экране монитора.

Время стряхнуло с прозы Уильяма Гибсона шелуху футурологии. Осталась чистая литература. Но такая литература, от которой до сих пор пробирает до костей, от пяток до хребта — как от смеха покойника, заблудившегося в Сети.

Подписаться на автора
Комментарии

Вверх