СПб, ст. метро "Елизаровская", пр. Обуховской Обороны, д.105
8(812) 412-34-78
Часы работы: ежедневно, кроме понедельника, с 10:00 до 18:00
Главная » Журнал «ПИТЕРBOOK» » Рецензии и статьи » «Палящий зной не целовал мечеть»: мусульмане в Петербурге

«Палящий зной не целовал мечеть»: мусульмане в Петербурге

12:00 / 21.11.2018
Павел Бельский

Ренат Беккин, Альмира Тагирджанова. Мусульманский Петербург. РецензияРенат Беккин, Альмира Тагирджанова. Мусульманский Петербург. Исторический путеводитель. Жизнь мусульман в городе на Неве и в его окрестностях
М.-СПб.: Институт Африки РАН, 2016

Словосочетание «мусульманский Петербург» на первый взгляд парадоксально и может вызвать недоумение. Общепринятое мнение относит стремительное развитие петербургского мусульманского сообщества к последним десятилетиям и связывает его с распадом Советского Союза. Конечно, доля истины в этом утверждении есть, и сложение облика города, непредставимого без манящего запаха шавермы и кебаба, — результат процессов глобализации. Однако книга Рената Беккина и Альмиры Тагирджановой «Мусульманский Петербург» показывает, что это только доля истины. Перед удивленным читателем предстает разнообразный, красочный, живой мир мусульманского Востока, притаившийся за классическим фасадом европейского города. Впрочем, эта книга помогает увидеть парадоксальность самого Петербурга, города-фантома, скрывающего под карнавальной маской Европы свое азиатское лицо.

Книга построена как путеводитель по районам города, но путеводитель необычный: каждый район раскрывает определенную тему, связанную с историей мусульманской общины имперской столицы, историей, начинающейся с момента основания Петербурга. Привычные названия, затертые повседневным употреблением, обретают свой первоначальный смысл, и вот уже Татарский переулок на Петроградской стороне начинает шуметь восточным базаром и наполняется многочисленными представителями мусульманских народов России. Привычные имена приобретают новое значение, и по-другому начинаешь смотреть на здания, построенные архитектором Степаном Кричинским, который оказывается мусульманином из польско-литовских татар. Наконец, привычные места рассказывают о неожиданных страницах своей истории, и к стыду своему узнаешь, что инициатором создания Горного института был «полудикий башкирец» горнозаводчик Исмаил Тасимов.

Жизнь мусульман города предстает на страницах путеводителя во всем своем повседневном многообразии. Мы знакомимся с историей строительства мечети и ее непростой жизни в годы Советской власти, узнаем о деятельности других мусульманских приходов Петербурга до революции 1917 года. Следом за Шамилем, жившим в Петербурге в «Знаменской» (ныне «Октябрьской») гостинице мы отправляемся на прогулку по Невскому проспекту и его окрестностям, где посещаем многочисленные редакции мусульманских газет и журналов, попутно знакомясь с биографиями их журналистов и основателей. Кстати, краткие биографические справки героев книги — одна из замечательных сторон путеводителя, воссоздающего образ ушедшего времени в плоти и крови, не скрывая его за сухими перечнями фамилий и адресов. В рассказах о жизни и деятельности мусульман Петербурга предстает их общественная, просветительская и политическая деятельность, которая как правило не попадает в поле зрения при поверхностном взгляде на историю города и страны, но при этом остается одним из определяющих факторов, повлиявших на судьбу империи.

Авторы представляют нам хрестоматийные объекты туризма Петербурга с необычной стороны. Публичная библиотека и Эрмитаж внезапно теряют свой барочно-классицистический облик и оборачиваются сокровищницами исламских древностей, рукописей (в том числе древнейшего списка Корана — Корана Усмана, находившегося в городе до 1918 года) и предметов искусства.

Книга не ограничивается Петербургом, путешествие продолжается в окрестностях города. Особенный интерес представляет повествование о жизни мусульман в Териоках (Зеленогорске) в составе Финляндии.

Когда мы уже устаем от интеллектуальной жизни, Ренат Беккин отправляет нас в столичные рестораны, принадлежавшие татарам, что раскрывает малоизвестную страницу ресторанного дела Петербурга (намного более известно, что татары работали официантами во многих заведениях общественного питания), и в места более скромного порядка — татарские кухмистерские, предоставлявшие доступную пищу, как сказали бы теперь, малоимущим слоям населения в не самых санитарных условиях. Погружение в жизнь другой, отличной от нашей, культуры настолько всеохватно, что попутно мы узнаем, где находились места для забоя скота по законам ислама. Наконец, прочитав о многочисленных гранях жизни мусульман до 1917 года, мы посещаем место их последнего упокоения до Судного дня — мусульманский участок Ново-Волковского кладбища. История кладбища сопровождается уникальным приложением: фотокопией прошения о создании молитвенного дома и отведении земли для кладбища на имя Павла I 1798 года, которое хранится в Российском государственном историческом архиве (РГИА).

Описаниям зданий, учреждений и коллекций музеев аккомпанируют не только биографии людей, но и замечательныевоспоминания, представляющие ушедший мир и его восприятие, подчас уже мало понятное нам. Великолепен например отрывок из статьи поэта Габдуллы Тукая, описывающего свой ужас от чудовищного, по его мнению, транспортного потока Невского проспекта в 1912 году: «Случалось выходить на Невский проспект. Эта улица меня и поражала, и пугала. Однажды, когда мы с Мусой эфенди (имеется в виду татарский богослов Муса Бигеев. — П.Б.) шли по одной стороне, нужно было перейти на другую. Я сделал шага два к середине улицы и от страха попятился. “Муса эфенди, — говорю, — пожалуйста, наймем извозчика за 10 копеек, чтобы перевез на ту сторону”. <...> Наконец, положась на Аллаха, я закрываю глаза, беру Мусу эфенди под руку, и, когда открываю глаза, мы на другой стороне. Мою грудь так бьет от страха, что я не могу тронуться с места, не отдохнувши 15 минут у церкви на площади». Страшно подумать, что бы стало с уважаемым поэтом, если бы он вышел на Невский проспект в наше время... Кстати, в данном случае страх Тукая перед новым транспортом нельзя объяснить его прибытием в Петербург из провинции — достаточно вспомнить точно такое же поведение Анны Ахматовой, панически боявшейся переходить улицу даже на регулируемом пешеходном переходе (ее также нужно было брать под руку, чтобы перевести на другую сторону).

Отдельная часть путеводителя написана А.Н. Тагирджановой, в ней рассказывается о жизни татарской общины после революции, особенное внимание уделено возрождению мусульманской жизни после 1991 года. Разнообразная деятельность общины раскрыта в этом разделе с исчерпывающей полнотой. Мне например приятно было встретить упоминание о школе «Салям», благодаря которой я приобрел небольшие познания в арабском языке.

Подписаться на автора
Комментарии

Вверх