СПб, ст. метро "Елизаровская", пр. Обуховской Обороны, д.105
8(812) 412-34-78
Часы работы: ежедневно, кроме понедельника, с 10:00 до 18:00
Главная » Журнал «ПИТЕРBOOK» » Рецензии и статьи » Екатерина Доброхотова-Майкова. Паровоз Стивенсона

Екатерина Доброхотова-Майкова. Паровоз Стивенсона

12:00 / 30.07.2017

А бойтесь единственно только того,
Кто скажет: «Я знаю, как надо!»

Александр Галич

Итак, я пообещала в этой колонке рассказывать иногда о том, что интересует читателей переводов. Из заданных вопросов (неожиданно для меня) стало ясно, что больше всего интересует, как правильно передавать английские имена и названия. Ватсон или Уотсон? Элис или Алиса? Что ж, попробую. Только я коротко не умею, так что рассказ получится в двух частях.

Прежде всего надо сказать, что передача иноязычных имен кириллицей — в любом случае условность. Мы все равно не можем точно изобразить русскими буквами, как англичанин произносит свою фамилию, а в случае людей, живших давно, это зачастую и неизвестно. Есть исследования о том, как, вероятно, произносили свои фамилии исторические лица (исходя из того, что первая письменная фиксация близка к фонетической, и можно посмотреть, как записывались члены одной семьи). Так, Эдмонд Галлей, скорее всего, произносил свою фамилию как «Холли» — впрочем, это до известной степени гадание на кофейной гуще. Таким образом, наша задача не «правильно» передать фамилию, а просто сделать так, чтобы читатель ее узнал. Но даже эта простая задача оказывается совсем не простой. Кажется, ни с одним другим языком не было такого, как с английским в русском: за сто с небольшим лет правила передачи имен и названий менялись несколько раз, и в итоге мы имеем феноменальную путаницу: писатель Хаксли, внук биолога Гексли, математик Коутс, автор теоремы Котеса и т.д. — любой без труда продолжит список. Или вот, примечание из книги о навигационных приборах:

Здесь нужно сделать короткую ремарку. Дело в том, что я в нескольких источниках встречал информацию, что октант был сконструирован Джоном Хэдли, а секстант — Дж. Гейдли. На самом деле Хэдли, Хедли, Хадли, Хэйдли, Гейдли, Гадлей и т.д. — суть разные транскрипции имени одного и того же человека: John Hadley.

Начну издалека, просто для курьеза. Самое-самое начало семнадцатого века, пишут русские послы:

И Григорей и Ивашко спрашивали Фрянчика Иванова да Ивана Ульянова: «Что у вас такая смута учинилась в земли для чего?

И гости Фрянчик и Иван сказывали: «Грехом деи нашим учинился великой грех, каков в Англинской земли не бывал на нашей памяти: был деи у королевны великой ближней человек, вотчинный князь, боярин конюшей эрл Эксетцкой в опале, и был деи за приставом преж сего…

А лорд Эксетцкой после его прибежал к себе на двор и заперся на дворе, а с ним три князи вотчинные большие: эрль Сеуфгамтен, да эрль Роклин, да лорд Сенс, да его двора люди, и хотел битца на смерть; и королевна прислала к его двору боярина своего лорд-адмирала со многими людми и с нарядом. И лорд де адмирал говорил ему: „Прислала деи меня королевна, а велела тебя взяти и привести к себе; и ты де против государыни как стоишь?“ И лорд де Эксетцкой ему говорил: „Я деи против государыни своей, Елисавет-королевны, не стою и ей не изменник, а стою де против своих недругов, секретаря Робора Сыселя и его заговору, что хотят меня убити“.

Григорей и Ивашко — дворянин Григорий Иванович Микулин и подьячий Иван Зиновьев, русские послы от Бориса Годунова к Елизавете (1600—1601 гг.).

Гости Иван Ульянов и Фрянчик Иванов — английские купцы Джон Меррик (отца которого звали Уильямом, отсюда именование по отчеству «Ульянов») и его зять Фрэнсис Черри, оба долгое время жили в России, говорили по-русски, временами выполняли дипломатические поручения. Князь Еремей Боус — Джером Баус, англ. посол в Москве в 1583-1584 гг.

Эрль Сеуфгамтен, эрль Роклин, лорд Сенс — граф Саутгемптон, граф Рэтленд, лорд Уильям Сэндис (Сэндс).

Робор Сысель — Роберт Сесиль.

Путешествия русских послов XVI-XVII вв. Статейные списки. Репринтное воспроизведение издания 1954 года. СПб.: Наука, 2008. Ответственный редактор — член-корреспондент АН СССР Д.С.Лихачев.

Фрагмент побольше можно прочесть тут.

В общем, понятно. Никаких инструкций по правилам транскрипции послы не получили, так что действовали интуитивно: фамилии где транслитерировали, где записывали на слух, имена старались превратить в понятные. Оставим Ульяна-Уильяма на совести Григорья и Ивашки, но вот идея называть Джона Иваном кажется мне вполне логичной, имя-то действительно одно.

Кстати, и англичане так когда-то делали. Кто помнит, в «Ртути» есть место, где Джек Шафто смотрит на статую короля Людовика, попирающего трех змей: Джона Уиклифа, Жана Кальвина и Яна Гуса. Так вот, по-английски они все Джоны!

(проверила в википедии, как теперь. Кальвин — по-прежнему Джон. Гус — Ян often referred to in English as John Hus or John Huss (часто называемый по-английски Джон Гус или Джон Гусс)).

Эта традиция сохраняется у нас в именовании монархов (если русского аналога нет, берется латинизированный вариант): королева Елизавета II, Мария и Вильгельм (не Мерайя и Уильям) и так далее. Но и тут не без разнобоя: назвать Иоанна Безземельного королем Джоном — не грех. Джеймсов допустимо называть Иаковами и Яковами (но только не Джеймсами — если увидите в тексте «Библия короля Джеймса», можете дальше не читать). То же с именами некоторых английских святых (Юлианна Норичская, а не Джулиан из Нориджа), но тут надо каждый раз себя проверять: в некоторых контекстах может быть уместно написать «святой Фома Кентерберийский», но в общем случае это будет св. Томас Бекет; а «св. Фома Мор» пишут только на католических сайтах.

Прошло двести пятьдесят лет. Насколько же передача имен и фамилий стала больше похожа на нынешнюю:

Король Генрихъ Восьмой.

Кардналъ Вольсей.

Кардиналъ Кампеюсъ.

Капуціусъ, посланникъ императора Карла Пятаго.

Кранмеръ, архіепископъ Кентерберійскій.

Герцогъ Норфолькъ.

Герцогъ Букингэмъ.

Герцогъ Суффолькъ.

Графъ Серри.

Лордъ-камергеръ.

Сэръ Томасъ Одли, лордъ-канцлеръ.

Гардинеръ, епископъ Винчестерскій.

Епископъ Линкольнскій.

Лордъ Эбергевенни.

Лордъ Сандсъ.

Сэръ Генрихъ Гильфордъ.

Сэръ Томасъ Ловель.

Сэръ Антоній Денни.

Сэръ Никольсъ Во.

Кромвель, слуга Вольсея.

Гриффитъ, гофмаршалъ королевы Екатерины.

Докторъ Бутсъ, врачъ короля.

Гaртеръ, герольдъ.

Управитель герцога Букингэма.

Брэндонъ.

Сержантъ.

Привратникъ и его помощникъ.

Пажъ Гардинера.

Глашатый.

Королева Екатерина, жена Генриха VIII, потомъ съ нимъ разведенная.

Анна Болленъ,ея фрейлина, потомъ королева.

Пожилая леди, другъ Анны Болленъ.

Пaціенцa , камеръ-фрейлина королевы Екатерины.

Придворные, секретари, писцы, офицеры, стража, слуги и духи.

Король Генрихъ VIII. Драматическая хроника въ пяти дѣйствіяхъ. Сочиненіе Вилліама Шекспира. Переводъ П. И. Вейнберга. («Современникъ», 1864, т. 104, No 9, отд. I, стр. 5-138.)

Дальше по стихотворному переводу видно, что ударение — Кромвéль. Это и понятно — французский был привычнее, вот и читали английские имена на французский манер.

Итак: фамилии — транслитерация. W — В. H — Г. Л — мягкое. Имена как попало: Томас Лоуэл уже Томас, а Энтони-Антони оказался Антонием.

Эта традиция зафиксирована в словаре Брокгауза и Ефрона:

Врен, Христофор, 1632-1723, профессор математики и астрономии в Оксфорде, знам. архитектор, построил, 1675-1710 собор св. Павла в Лондоне.

Вордсворт, (Wordsworth), Вильям, английский поэт, лауреат, 1770-1850, вместе с Кольриджем и Соути представитель «озерной школы» или «лэкистов» (от местожительства около шотландск. озер, в Вестморленде).

Гук (Hooke), Роберт, англ. Физико-химик, 1635—1722. Открыл пропорциональности между упругими растяжениями, сжатиями и изгибами и производящими их силами, изучал цвета тонких, пластинок, сделал усовершенствования в конструкции телескопов

Бойль (Boylle), 1) Ричард, английский политический деятель, 1566—1644, возвысился при корол. Елизавете, с 1860 граф Коркский, подавил ирландск. восстание при Карле I и способствовал утверждению англ. владычества в Ирландии.—2) Роберт, сын 1), знаменитый английский физик и химик, также богослов, 1627—91, был одним из основат. и президентом королевского общества наук.

Вако (Waco), город в североам. шт. Техас, 25 тыс. жителей

Валлис или Уэльс (Wales), соединенное с Англией княжество, занимает полуостров, ограниченный на С. Ирландским м., на З. каналом св. Георгия, на Ю. Бристольским каналом, делится на Северный и Южный В. (с 12 графствами)

Стефенсон (Stephenson), 1) Джордж, изобретатель железн. дорог, 1781-1848, первон. простой рабочий, 1814 устроил первый локомотив, 1824 машиностроит. завод; по его указаниям устроена первая жел. дор. между Стоктоном и Дарлингтоном

Если честно, мне такой вариант кажется почти идеальным. Ну Врен, может, и перегиб, но W в имени William, конечно, В — просто потому, что в английском это согласный. И, конечно, транслитерация, а не транскрипция — как пишется, а не как слышится. Мы сами в переписке с иностранцами транслитерируем свои имена и фамилии, а не пытаемся передавать «как слышится». Даже от традиции писать Ivanoff отказались.

(Если вы со мной не согласны, не спешите спорить — во второй половине заметки я расскажу, почему сама не делаю так, как мне хочется, и другим не советую).

Если кто-нибудь возьмется писать на эту тему диплом, кандидатскую или докторскую, интересно было бы проследить, кому и когда пришла в голову мысль, что английские имена и названия надо транскрибировать. Собственно, уже Брокгауз и Ефрон добавляют к варианту Валлис вариант Уэльс, но с какого-то момента транскрипция стала правилом. Мне кажется, в основе лежала исключительно вредная мысль сделать «правильно», как будто не понятно, что «правильно» нельзя: ну нет в русском звука, который по-английски изображается w, и от замены «в» на «у» никому лучше не стало.

При этом то, что уже устоялось, до поры до времени не трогали. Но поди разберись (без интернета), что устоялось, да и вообще упоминали этого персонажа когда-нибудь по-русски или нет. Варианты продолжали плодиться, как кролики у Фибоначчи.

Ничто так не раздражает серьезных людей, как отсутствие системы. Взялись они (серьезные люди) и за английские фамилии: задались целью постепенно приучить людей к правильному варианту. Вот БСЭ (1969-1978)

Гук, Хук (Hooke) Роберт (18.7.1635, о. Уайт, — 3.3.1703, Лондон), английский естествоиспытатель, член Лондонского королевского общества (1663).

Галлей, Халли (Halley) Эдмунд (29.10.1656, Хаггерстон, близ Лондона, — 14.1.1742, Гринвич), английский астроном и геофизик. Учился в Оксфордском университете, с 1678 член Лондонского королевского общества.

Стефенсон, Стивенсон (Stephenson) Джордж (9.6.1781, Уайлем, Нортамберленд, — 12.8.1848, Тэптон-Хаус, Честерфилд), английский конструктор и изобретатель, положивший начало развитию парового ж.-д. транспорта.

Бёрдсли, Бердслей (Beardsley) Обри Винсент (24.8.1872, Брайтон, — 16.3.1898, Ментона), английский рисовальщик.

(заодно досталось и голландцам:

Вермер Делфтский (Vermeer van Delft) Ян (крещён 31.10.1632, Делфт, — похоронен 15.12.1675, там же), голландский живописец. Работал в Делфте, сложился как художник под влиянием К. Фабрициуса.)

В «Словаре английских личных имен» Рыбакина, единственном и безальтернативном, тоже все «как надо»:

Maria — Марая, традиц. Мария

Diana — Дайана, традиц. Диана

Charles — Чарлз, ранее Чарльз, традиц. Карл

Charlene — Чарлин

Henry — Хэнри, ранее Генри, традиц. Генрих

Horatio — Хорейшио, Хорейшьо, Хорейшо, традиц. Горацио

Тогда же, наверное, s на конце некоторых имен и названий стало превращаться в «з»: Вудхауз, Уотерхауз (который прерафаэлит) и проч.

Все эти правильные указания попали в справочники корректора; редакторы и корректоры принялись в меру рвения и вкуса править консервативных переводчиков. Мольбы, объяснения, уговоры даже со стороны переводчиков с именем были бессильны: Марии становились Мэрайями, Дианы — Дайанами, Чарльзы — Чарлзами. В «Записках чумного года» Даниэля Дефо появились Хук и Бойл. Удивительно, что ни у кого не дошли руки исправить пушкинского Вальсингама на правильного Уолсингема.

Вероятно, со временем настойчивость ревнителей единой системы принесла бы плоды. Мы бы привыкли к комете Халли и закону Хука, и было бы нам счастье. Но тут кончилась советская власть. А через некоторое время появился интернет. Давно в прошлом времена, когда каждое слово печатными буквами (или произнесенное с экрана) было проверено тщательно обученными людьми с соответствующим справочниками под рукой. Интересное дело: как только живому языку дали свободу, он кое в чем вернулся к старым традициям. Халли и Хуки исчезли как страшный сон. Мягкое «л» не вернулось, (хотя я слышала шутливый вариант «гугль»), а вот W стремится к В. Подумайте, если бы нас по-прежнему строго контролировали, у нас были бы «Майкрософ Уиндоуз» (уинда?) и «Уорд» (ну или их бы у нас не было, но я не о том).

Нет-нет да проглянет совсем уже, казалось бы, архаичная тенденция кардинально русифицировать английские имена. «Аня из Зеленых Мезонинов» тому пример — первая, наверное, английская Аня в России после набоковской. Есть и другой перевод «Энн с фермы “Зеленые крыши”»; я не читала ни того, ни другого, но говорят, тот что с Аней душевнее.

Одновременно случаются странные рецидивы. В одном из недавних изданий «Гордости и предубеждения» Шарлотта Лукас превратилась в Шарлотт (прямо как в словаре Рыбакина) Лукас. Я видела читательское обсуждение: большинство возмущается, кто-то говорит, что этот вариант правильней: в английском-то Charlotte.

Итогом этих многочисленных перетрясок стала полнейшая неопределенность. Хуже того, такой же разлад царит в головах. Для меня художники однозначно Вермеер и Бердслей, для кого-то — так же однозначно Вермер и Бердсли. «Пятьдесят оттенков серого», не к ночи будь помянуты, переводили три моих коллеги. Одна считала, что главную героиню по-русски должны звать Анастейша, две — что Анастасия. Голосованием вопрос не решался — первая коллега сказала, что Анастасия в книге будет через ее труп. Пришлось обратиться за указаниями к издательскому редактору; вердикт был: Анастейша. И теперь некоторые читательницы клянут переводчиц за дикую, на их взгляд, Анастейшу. А была бы Анастасия — кляли бы другие за нее.

И это я пока говорила только о сумбуре с допустимыми вариантами, а сколько просто безграмотных по любой системе — и у переводчиков, и у просто пишущих.

Общее правило: не пытайтесь самостоятельно (здесь должен стоять предупреждающий значок из инструкций к бытовой технике) оттранслитерировать или оттранскрибировать незнакомую фамилию или географическое название. Постарайтесь прежде найти город или реку в русскоязычном атласе, ученого или полководца — в энциклопедии, писателя — на озоне. Нет его там? Введите фамилию или название в гугль латиницей, попросите показать варианты только на русском языке и прикиньте на глаз надежность источников: если ваш персонаж соседствует там с королем Джеймсом или Ворчестерским соусом, этот источник не заслуживает доверия. Сделайте то же самое в яндекс-словарях и википедии, не забывая, что ошибки есть и там. Проверьте варианты в яндексе на частотность — это не доказательство, но подсказка. Посмотрите, в каких источниках встречается тот или иной вариант: опубликованная книга в общем случае надежнее трепа в форуме (хоть и не гарантия правильности). Если не помогло, загляните в словарь английских фамилий Рыбакина, если нет и там — есть сайты, где можно послушать произношение носителей языка. Записывать лучше не прямо на слух, а по правилам, изложенным в том же словаре Рыбакина или других справочниках.

* * *

Все это была длинная преамбула, а теперь начнется амбула: что в этой ситуации делать переводчику художественной литературы и его читателю (вынося за скобки вопрос о явных ошибках).

Во-первых, точно всем не угодишь. При нескольких допустимых вариантах твой всегда кому-нибудь не понравится, и этот кто-нибудь напишет в интернетах, что ты — криворукий идиот. Такова собачья селяви.

Во-вторых, нет худа без добра: присутствие нескольких вариантов дает простор для игры. Вам нужно стилизовать текст под начало восемнадцатого века — пишете Вильям вместо Уильям, Анна вместо Энн, и половина задачи решена. Вот, например, как в этой милой рецензии.

Значит, в исторической книге я буду брать самый привычный вариант, при прочих равных выбирая более традиционный. Единообразия, увы, не получится. В «Барочном цикле» с Гуком, Бойлем и Пеписом в старой традиции у меня соседствует Уилкинс (согласитесь, Вилькинс был бы явным перебором), и Кристофера Рена писать Христофором Вреном меня как-то не тянуло. Главный герой — Даниель, как его современник Даниель Дефо, а не Даниил и не Дэниел. Михаил Назаренко говорит, что предпочел бы видеть его Даниилом; в этом есть логика (поскольку в честь пророка Даниила), и такое решение возможно. А кто-нибудь другой на моем месте назвал бы его Дэниелом и тоже был бы по-своему прав.

В переводе «Вулфхолла» Хилари Мантел (который с легкой руки издательского редактора стал «Волчьим залом») мы с соавтором по переводу тоже старались брать имена и фамилии в традиционном варианте, научный редактор некоторые из них заменила, (скажем, Тальбот на Тэлбот), большую часть оставила. Тут я безусловно соглашусь, что ей виднее.

Переводя Бронте, я называла ее сестру Анной, брата — Бранвеллом, в издательстве исправили на Энн и Бренуэлл. Что ж, оба варианта имеют право на существование, я не стала бы очень уж упираться, даже если бы кто-нибудь поинтересовался моим мнением.

Современных персонажей я транскрибирую, как принято сейчас, но без фанатизма, то есть если старый вариант не выглядит на мой вкус чересчур архаичным, возьму его. Я никогда своей рукой не напишу Чарлз, даже и в современном тексте. В одной из книг той же Бронте мне поменяли Чарльзов на Чарлзов («чарльзоцид» — назвала это явление коллега, с которой поступили так же). Вот тут, если бы меня спросили, я бы тоже сказала «через мой труп».

Кажется, единственное, о чем я жалею из того, что сделала с именами сама (не считая пары досадных ошибок, когда повелась на сомнительный источник) — что подружку Рэнди в «Криптономиконе» назвала по словарю Рыбакина Чарлин, а не Шарлин. Откуда мне было знать, что закрепится вариант «Шарлин»!

Продолжать можно долго, но едва ли нужно. Осталось ответить на вопрос: как же читателю быть, если переводчик употребил непривычный ему или неприятный вариант имени? Я бы сказала: относитесь к этому философски.

 

Ранее в рубрике «Из блогов»:

• Наталия Осояну о романе Адриана Чайковски «Children of Time» («Дети времени»)

• Дмитрий Бавильский. «Высокий замок». Воспоминания Станислава Лема в переводе Евгения Вайсброта

• Swgold: Опус № 67. О романе Р. Хайнлайна «Красная планета»

• Станислав Бескаравайный о книге Алексея Иванова «Вилы»

• Наталия Осояну о романе Йена Макдональда «Новая Луна»

• Владимир Данихнов об антологии «Самая страшная книга 2016»

• Дмитрий Бавильский о романе Антонии Байетт «Детская книга» в переводе Татьяны Боровиковой

• Наталия Осояну о дилогии Кэтрин М. Валенте «Сказки сироты»

• Михаил Сапитон о романе Джонатана Литтелла «Благоволительницы»

• Swgold: Бомбардир из поднебесья. О романе Р.Хайнлайна «Космический кадет»

• Дмитрий Бавильский о сборнике «эпистолярных» новелл Джейн Остин «Любовь и дружба» 

• Юрий Поворозник. «Американские боги»: что нужно знать перед просмотром сериала

• Михаил Сапитон о романе Ханьи Янагихары «Маленькая жизнь»

• Сергей Соболев. Олаф Стэплдон как зеркало научной фантастики ХХ века

• Дмитрий Бавильский о романе Джейн Остин «Мэнсфилд-парк» в переводе Раисы Облонской

• Swgold: Первая юношеская. О романе Р.Хайнлайна «Ракетный корабль «Галилей»

• Маша Звездецкая. Совы не то, чем они кажутся. О романе Василия Мидянина «Повелители новостей»

• Swgold: Вселенная. Жизнь. Здравый смысл. О романе Р.Хайнлайна «Пасынки вселенной»

•  Дмитрий Бавильский о книге Антонии Байетт «Ангелы и насекомые»

•  Екатерина Доброхотова-Майкова. Почтовые лошади межгалактических трасс

Комментарии

Вверх