СПб, ст. метро "Елизаровская", пр. Обуховской Обороны, д.105
8(812) 412-34-78
Часы работы: ежедневно, кроме понедельника, с 10:00 до 18:00
Главная » Журнал «ПИТЕРBOOK» » Рецензии и статьи » Другая история о Малыше и Карлсоне: сага о робких мальчиках

Другая история о Малыше и Карлсоне: сага о робких мальчиках

12:00 / 16.01.2018
Елена Соковенина

Фрида Нильсон. Джаггер, Джаггер. РецензияФрида Нильсон. Джаггер, Джаггер!
М.: Самокат, 2018

Представьте себе «Карлсона», в котором всё пошло чуть сложнее. Не так мило и не так по-доброму, хотя и тоже очень смешно, а как-то близко-близко к реальной жизни. Со всем, что в книжках для детей обычно прячут подальше. Малышу не семь, а тринадцать, зовут его не Сванте, а Бенгт, он не милый светловолосый худышка, а совсем наоборот, очень из-за этого переживает и подвергается издевательствам ребят во дворе. Карлсон не живёт в уютном домике на крыше, а скитается по помойкам с сумкой на колёсиках, в которую собирает всякое добро. И он не «мужчина в самом расцвете сил» с моторчиком на спине, а (это ведь всё-таки тоже сказочная история!) собака. Всё правильно, собака. Бродячий пёс по имени Джаггер. Кто остался прежним? Родители. Родители как родители, может быть, только чуточку менее строгие. Это ведь дети, они иногда шалят, ну что ж. Разберутся.

Прежними остались и друзья Малыша, Кристер и Гуннила. Их только зовут здесь по-другому, они тусуются в дворовой компании и охотно приняли бы Бенгта, будь он — да-да, — будь он тем милым худеньким мальчиком с голубыми глазами. Ну, а раз это не так, меняется и отношение. Вы ведь знаете, как это бывает у детей. Как и в книжке Астрид Линдгрен, дворовая компания здесь — самые обычные дети. Почему возникла параллель между Бенгтом и Малышом? Потому, что оба они — хорошие мальчики «из самой обычной семьи», и у них осталось неизменным одно, главное, качество: робость. Она присуща воспитанным, «хорошим» детям, которым рано или поздно придётся из дружелюбной атмосферы дома попасть в круг ровесников. Такие «хорошие» ребята не умеют и всеми силами избегают любого сопротивления, боятся заявить о себе и до последнего надеются, что всё как-нибудь устроится само. И ещё они тайно мечтают о друге. Который вдруг появится и окажется — ну, если не суперменом, то всё равно — более сильным, более дерзким, более... всего более. И ещё он будет выдумщиком и рядом с ним, наконец, станет весело. И это то место в сюжете, которое роднит Джаггера с Карлсоном. Помните, как Малыш мечтал о собаке? Уж не Джаггер ли... впрочем, раз Бенгт о собаке не мечтает, стало быть, это спекуляции.

В один не особенно прекрасный день Бенг и Джаггер встретятся и тут-то всё начнётся. Как и Карлсон, Джаггер горазд на разные выдумки, тоже рассказывает о себе небылицы, разве что нищ, и одинок, и несчастен. Кстати, вот какой интересный вопрос. Приходило ли вам в голову, что Карлсон-то, по существу, тоже таков. Разве не об этом говорит его картина «Очень одинокий петух»? И разве не поэтому он вечно пытается стащить чего-нибудь поесть? И разве сам он — не изгой? Выходки Джаггера точно так же направлены на то, чтобы обидчики осознали, что творят. Разве не справедливо, чтобы тот, кто постоянно портит вещи другого, оказался в таком положении сам? Разве не правильно, чтобы тот, кого боялись, сам познакомился со страхом, и не со страхом вообще, а с этой липкой гадостью, когда вопреки доводам рассудка боишься одного человека, двоих человек? И даже не того, что побьют, а куда худшего: того, что завтра и послезавтра будет то же. Разве не хорошо, привыкнув смеяться над другим, услышать смех над собой? Смешны здесь не столько сами выходки и выдумки, сколько реакция на них. Самого Бенгта, волей-неволей примеряющего образ хулигана. Подростков, которые не ждали, что бессловесные и беспомощные могут вдруг измениться в одночасье. Родителей ребят. Тех самых детей, которые вот уже несколько лет занимаются травлей, и об этом всем известно, и — о, ужас! — внезапно получили отпор. Как это возможно? Это возмутительно! Защитите наших детей!

Как и положено, Джаггер исчезает в самый пиковый момент, оставив своего робкого друга отвечать за последствия. Это не просто потому, что сам Джаггер трусоват и боится расправы (ему, в отличие от Карлсона, придётся отвечать за свои поступки, и выглядеть он будет жалко). Бенгту предоставляется шанс сказать, наконец, правду. И если родителям эту правду так просто не скажешь, выйдет, что наябедничал, то высказаться в лицо врагу... ну? Ну, Бенгт!

...И этот мальчик в очередной раз пробует «решить всё словами, а не кулаками», прощать врагов, побеждать любовью и так далее. Что ж, это правильно, скажет добросердечный читатель. И тут же увидит, что как ни крути, а это утопия. Что человек, совершающий подлость, просто-напросто совершил подлость, а не «не знал», не «ошибся» и не что-то ещё в духе модных нынче вегетарианских добродетелей. Попытка Бенгта простить врага и подружиться с ним терпит крах. Пороха высказаться прямо, перед всей компанией, у него всё ещё нет. Но вот намёк, которым он ответит на бессовестное обвинение, попадёт в цель. К тому же, у парня теперь такая репутация, что...

Джаггер подхватывает свою сумку на колёсиках и исчезает бог знает где. А Бенгту останется ломать голову, почему он так поступил.

Бенгту, но не нам. Мы-то видим: Джаггер сделал своё дело. Этот мальчик в выдуманном друге больше не нуждается.

Смех от этой книги не всегда будет радостным. Она — прямое подстрекательство к бунту. К тому бунту, без которого ничего не получится. И именно поэтому ребята во дворе — не изверги, нет. Это, повторюсь, самые обычные дети. И, наверное, осознание того, что у жизни есть свои механизмы, они работают определённым образом, а компромисса не найти, потому что не на всё бывают компромиссы — самое важное в этой книге. 

Подписаться на автора
Комментарии

Вверх