СПб, ст. метро "Елизаровская", пр. Обуховской Обороны, д.105
8(812) 412-34-78
Часы работы: ежедневно, кроме понедельника, с 10:00 до 18:00
Главная » Журнал «ПИТЕРBOOK» » Мнения » Спорная книга: Алексей Сальников, «Петровы в гриппе и вокруг него»

Спорная книга: Алексей Сальников, «Петровы в гриппе и вокруг него»

12:00 / 31.10.2017

Алексей Сальников. Петровы в гриппе и вокруг него. Спорная книгаАлексей Сальников. Петровы в гриппе и вокруг него
М.: Bookmate, 2017

Елена Макеенко в обзоре «Новая русская проза: конец мая» (сайт «Горький») предлагает обратить внимание на распад обыденной логики, происходящий на страницах романа: «Алексей Сальников создает для Петровых подробнейший мир, не ленясь описывать пешие и транспортные маршруты Екатеринбурга, типичные диалоги с продавцами, аптекарями, кондукторами, врачами скорой помощи, вытряхивая каждый трупик осы из пыльной рюмки, прежде чем налить коньяк. Степень прорисованности этого мира не может не восхищать, даже ранний Гришковец позавидовал бы плотности узнаваемых деталей на страницу текста. Только Сальников к тому же остроумен и безжалостен. <...> Укачанный чужой температурой и троллейбусными переездами читатель не сразу понимает, как до осязаемости понятный мир становится непонятным. Как в тексте без картинок запускается логика комикса. Как происходят хладнокровные убийства, воскрешения и встречи с античным божеством. “Петровы в гриппе и вокруг него” — стереокартинка, которая состоит из тысячи мелочей и выступающих за ней очертаний чего-то совсем иного. И одна из прелестей этого текста в том, что даже заспойлерить его практически невозможно, — черт его знает, что там творится на самом деле...»

За пересказ сюжета все же берется Владислав Толстов в обзоре «Что читать у наших: новинки российской прозы» («БайкалИНФОРМ»): «Автослесарь Петров за пару дней до Нового года начинает чувствовать, что он крепко заболел, едет в автобусе, встречает давнего знакомого — и пускается с ним во все тяжкие. Его жена работает в библиотеке, ей иногда хочется кого-нибудь зарезать, и не буду говорить, что из этого выйдет. Их сын собирается на новогоднюю елку, и там тоже много чего произойдет. Истории обыкновенного бытового безумия, когда в голове читателя четкое ощущение, что все эти гриппозные похождения, фантомы, призраки, безумные поступки происходят вроде бы в романе — но понятно же, что это все о нас, о нашей жизни. Отличные сочные детали — “рядом с урной было столько окурков, будто урна ждала кого-то на свидание и много курила”. Вообще замечательный роман, на который советую обратить внимание <...> Если Алексей Сальников будет и дальше писать так лихо, года через три у нас будет серьезный писатель. “Петровы в гриппе и вокруг него” — очень, очень мощная заявка на место на нашем прозаическом Олимпе...»

Галина Юзефович в обзоре «Безумие и норма, реальность и бред» (сайт «Медуза») также обнаруживает в книге Сальникова вполне связный сюжет: «В тот самый момент, когда ты уже начинаешь верить, что эти смешные спотыкания, эти восхитительно-неловкие ритмические сбои и есть то, ради чего писался роман, в нем неожиданно обнаруживается сюжет — да еще какой. Все случайные знаки, встреченные Петровыми в их болезненном полубреду, все неприметные символы — от просроченной таблетки аспирина, завалявшейся в кармане штанов, до странной девочки в троллейбусе — внезапно собираются в стройную конструкцию без единой лишней детали. А из всех щелей начинает переть и сочиться такая развеселая хтонь и инфернальная жуть, что Мамлеев с Горчевым дружно пускаются в пляс, а Гоголь с Булгаковым аплодируют.

Поразительный, единственный в своем роде язык, заземленный и осязаемый материальный мир, удивительным образом не исключающий летучей фантазии, и по-настоящему волшебная мерцающая неоднозначность (то ли все происходящее в романе — гриппозные галлюцинации трех Петровых, то ли и правда обнажилась на мгновение колдовская изнанка мира) — как ни посмотри, выдающийся текст и настоящий читательский праздник...»

Сергей Шпаковский в обзоре «Регулярное чтение» (журнал «It BOOK») предлагает обратить внимание на мистическую подоплеку романа: «В этой истории Алексей Сальников спрятал настоящую жемчужину. Постепенно “Петровы в гриппе и вокруг него” превращается в мистический роман. За пристрастным описанием быта прячутся странные события, сумасшедшие люди и другие безумства. Даже погрузившись в текст с головой, остаётся загадкой — что именно происходит с семьёй Петровых? То ли они посходили с ума, то ли у них зашкаливает температура, то ли что-то не так вокруг? Нет ничего интереснее, чем жизнь обычных людей, которые заболели гриппом перед главным праздником года...»

Дмитрий Самойлов в рецензии «Сам себе бездна» (сайт «Medium») находит в книге Алексея Сальникова жутковатый подтекст  — и одновременно светлые ностальгические нотки: «Убийства  —  страшные грехи, которые не может оправдать человеческий мозг  —  лежат в основе личности каждого из героев. Но это не детективный роман, не роман-ужас, не роман в стиле некрореализма.

“Петровы в гриппе и вокруг него”  —  это роман как светлое ностальгическое воспоминание.

Этот роман посвящен ткани жизни. <...>

Писатель Алексей Сальников показывает нашу жизнь в самых очевидных ее проявлениях, но поворачивает эти картинки какой-то зловещей стороной. Мы не можем смотреть на совершенство, потому что это наше свойство  —  всегда быть недовольными увиденным...»

Анастасия Шарова в рецензии «Фантастический грипп» («Учительская газета») обращает внимание читателей на тьму, таящуюся в душе героев книги: «Как только автор показывает нам ужасные, нездоровые и некрасивые поступки человека, случается то, ради чего и стоит прочитать эту книгу. События, которые вклиниваются в сюжет, кажутся попросту невозможными, благодаря этому возникает желание причислить Сальникова к когорте “магических реалистов”. От невероятности событий читателю может показаться, что все это время он зря ассоциировал себя с героями. Но через некоторое время приходит спокойная и немного пугающая мысль: ты не просто веришь в то, что с героями происходит нечто подобное. Ты понимаешь, что сам поступил бы так же. Это весьма трудная для объяснения вещь: ты поступил бы так же не «на месте» Петрова-старшего или его жены. Ты настолько понимаешь их мотивы, их внутреннюю тьму, которая присуща любому человеку вне зависимости от социальной ситуации и эмоционального состояния, что реализм становится гиперреализмом, не теряя при этом художественности, поэтичности, и в этом заслуга писателя. Как и в том, что, несмотря на отчасти криминальные события, роман не производит “чернушного” впечатления, а заставляет глубже разобраться в себе.

Возможно, цель романа заключается в том, чтобы читатель признал собственные скелеты в шкафу — пусть робко, неуверенно, до последнего не желая признавать, что они есть даже у такого здорового и благополучного человека, как он...»

Арина Буковская в рецензии «Петровы нагреваются и остывают» (сайт «Литературно») подчеркивает неоднозначность романа: «Когда этот будничный мир, в который ты уже погружен, внезапно начинает заедать и смещаться, эффект получается ощутимый. По ходу чтения отношение к роману меняется несколько раз: в текст, начинающийся как вязкое и слегка абсурдное приключение пьяного простуженного автослесаря, один за другим прокрадываются элементы триллера и детективная интрига, а в конце концов все это незаметно превращается в некую даже притчу с отсылками к античной мифологии и не только. И, кстати, кроме всего прочего “Петровы в гриппе и вокруг него” — еще и пусть очень странная, но новогодняя история. С чередой детских елок, Дедом Морозом, Снегурочкой и своеобразной праздничной атмосферой...»

И только Егор Королев в рецензии «Отпускается без рецепта» (журнал «ПРОчтение») рисует не столь жизнерадостную картину: «Это пустая жизнь человека с распространенной фамилией. Будто бы безымянного. Исчезнет Петров — никто и не заметит, и не пожалеет. Сальников взялся за непростую тему: обычный человек страдает от своей обычности, посредственности, типичности да еще и от гриппа.

Температурный бред героев оправдывает многочисленные лирические отступления, воспоминания из прошлого, детские комиксы о космонавтах, сны. Детали и мелочи выписаны колоритно, но сюжет тонет в них. Так ли банален и типичен Петров? Что ему делать? Или делать нечего, кроме того, чтобы пить и болеть?..

Автор увлекается “чернушкой”, и забавные поначалу герои выглядят уже совсем не смешно. Дальше фантастического или вполне обычного бреда во время болезни Сальников не копает, и потому-то тема перестает быть смешной...»

 

Ранее в рубрике «Спорная книга»:

• Ольга Славникова, «Прыжок в длину»

• Тим Скоренко, «Изобретено в России»

• Сергей Кузнецов, «Учитель Дымов»

• Виктор Пелевин, «iPhuck 10»

• Ксения Букша, «Рамка»

• Герман Кох, «Уважаемый господин М.»

• Дмитрий Быков, «Июнь»

• Эдуард Веркин, «ЧЯП»

• Антон Понизовский, «Принц инкогнито»

• Джонатан Коу, «Карлики смерти»

• Станислав Дробышевский, «Достающее звено»

• Джулиан Феллоуз, «Белгравия»

• Мария Галина, «Не оглядываясь»

• Амос Оз, «Иуда»

• А. С. Байетт, «Чудеса и фантазии»

• Дмитрий Глуховский, «Текст»

• Майкл Шейбон, «Лунный свет»

• Сборник «В Питере жить», составители Наталия Соколовская и Елена Шубина

• Владимир Медведев, «Заххок»

• Ю Несбе, «Жажда»

• Анна Козлова, «F20»

• Хелен Макдональд, «Я» — значит «ястреб»

• Герман Садулаев, «Иван Ауслендер: роман на пальмовых листьях»

• Галина Юзефович. «Удивительные приключения рыбы-лоцмана»

• Лев Данилкин. «Ленин: Пантократор солнечных пылинок»

• Юрий Коваль, «Три повести о Васе Куролесове»

• Андрей Рубанов, «Патриот»

• Шамиль Идиатуллин, «Город Брежнев»

• Фигль-Мигль, «Эта страна»

• Алексей Иванов, «Тобол. Много званых»

• Владимир Сорокин, «Манарага»

• Елена Чижова, «Китаист»

 
Комментарии

Вверх