СПб, ст. метро "Елизаровская", пр. Обуховской Обороны, д.105
8(812) 412-34-78
Часы работы: ежедневно, кроме понедельника, с 10:00 до 18:00
Главная » Журнал «ПИТЕРBOOK» » Мнения » Елена Клещенко. 7 главных научно-популярных книг о химии и биологии

Елена Клещенко. 7 главных научно-популярных книг о химии и биологии

12:00 / 18.08.2017

Сейчас выходит действительно много хороших научно-популярных изданий. Почти каждый месяц при подготовке рубрики «Книги» в нашем нерезиновом бумажном журнале, получая информацию от издательств, мы встаем перед проблемой отбора. С чистой совестью можно сказать, что в этом жанре вполне достойно смотрятся российские авторы. Спасибо сообществу просветителей и научных журналистов, отдельное спасибо премии «Просветитель», — дело даже не в деньгах, а в том, что книги получают профессиональную оценку и читательское внимание.

Но стало тяжело рекомендовать «лучшие книги», тем более — за десятилетие. Всегда кого-нибудь хорошего не назовешь и будешь обвинен в невнимательности или предвзятости. Поэтому несколько слов о том, «почему я не». Я не называю книги Александра Маркова, Аси Казанцевой и многих других лауреатов «Просветителя», поскольку надеюсь, что их и так знают. Я не включила в список также популярные книги о химии Любови Стрельниковой, Ильи Леенсона, Аркадия Курамшина — неловко хвалить соратников по «Химии и жизни». (Поступлю хитро, назову фамилии во вступлении, кому надо, нагуглят.) С сожалением исключаю книги не просветительские, а образовательные — ценные и важные, но сложные для неподготовленного читателя. Например, главная книга 2014 года для многих биологов — «Логика случая. О природе и происхождении биологической эволюции» Евгения Кунина, переведенная на русский, но популярной ее назвать никак невозможно! И, сознаюсь, далеко не все, что мне хотелось бы и стоило бы, я успела прочитать.

Я скажу про те книги, которые понравились лично мне (да, выбор субъективен) и при этом о них почему-то мало поговорили. Или мне кажется, что поговорить надо было больше.

 

Марк Медовник. Из чего это сделано? Удивительные материалы, из которых построена современная цивилизация

Встречается также русский перевод названия «Материал имеет значение», а я бы вообще оставила «Важные материи» (Stuff Matters). Это книга о материалах, созданных человеком, — в первую очередь о тех, которые сделали окружающий нас мир именно таким, каким мы его знаем. Где была бы вся мировая промышленность без стали? Не будь бетона, как бы росла и развивалась наша с вами естественная среда обитания — большие города? О роли бумаги в мировой культуре любителям чтения рассказывать не надо. И если вам кажется, что шоколад по сравнению со сталью, бетоном и бумагой — это ерунда, не торопитесь с выводами.

Читать эту книгу — удовольствие. Материаловед по профессии, Марк Медовник отлично знает предмет, но, кроме того, он блестяще владеет словом, мастерски держит равновесие между ясностью для широких масс и компетентностью и ни на минуту не перестает быть интересным. Изложение очень личное, материаловедение богато иллюстрировано эпизодами из жизни. Многие стараются так делать, но не у всех хорошо получается, а Медовник подбирает эти эпизоды с чутьем хорошего киносценариста. Размышления о свойствах стали начинаются с того, как школьника Марка полоснул бритвой хулиган, и заканчиваются встречей в пабе с потрепанным чудаком-изобретателем, смешным и трогательным, но и таинственным в своей преданности металлу — последним жрецом Гефеста. Конечно, Медовник не ограничится байками — он и о бессемеровской стали расскажет, и о самурайских мечах. И свозит читателя в пустыню штата-Нью-Мексико, в правительственную американскую лабораторию, где работал одно время (хотя и с невысоким уровнем допуска, как гражданин Великобритании) и где случайно увидел материал, настолько чудной даже для специалиста, будто найденный на какой-нибудь засекреченной летающей тарелке, — каковую гипотезу подтвердила и реакция американского коллеги... То же самое делал Джеральд Даррелл — рассказывал вроде бы только о предмете своего увлечения и в то же время, в том же тексте создавал собственный портрет, и читатели любили его и его семью не меньше, чем других зверей.

 

Максим Франк-Каменецкий. Самая главная молекула: от структуры ДНК к биомедицине XXI века

Что бы ни говорили материаловеды, мы-то знаем, какая молекула самая главная. Книга культовая, извините за пафос, но тут по-другому не скажешь. Первое издание вышло более 30 лет назад, в знаменитой серии «Библиотечка “Квант”» издательства «Наука», тиражом 150 000 экземпляров. Многих людей моего возраста, а также младше и старше, именно она привела в профессию. С тех пор она не один раз переиздавалась и вбирала в себя новые сведения — за три десятилетия молекулярная биология прошла долгий путь, одни предположения превратились в уверенность, другие были отвергнуты, революционным образом изменились сами способы изучения ДНК и манипуляций с ней. И все равно последнее издание, по словам автора, потребовало наибольших изменений. Однако историческая часть и рассказ о строении ДНК сохранились. Помните, коллеги? — «Она похожа на… штопор. Она похожа на оконное стекло. Она плавится, но не так, как лед. Она похожа на путь человека, заблудившегося в лесу...» Рекомендую и школьникам, изучающим биологию, и взрослым, у которых все еще хватает сил интересоваться, из чего состоят гены.

М.Д. Франк-Каменецкий — с 1993 года профессор Бостонского университета. По образованию и первой специальности он физик, это во многом определило и его взгляд на ДНК — с более выраженным акцентом на структуру и физические свойства молекулы, чем у многих других авторов популярных книг о Самой Главной.

В первых изданиях, естественно, не было ничего о полимеразной цепной реакции, редактировании геномов, о ГМОфобии, попытках создать вакцину против ВИЧ и других ДНК-технологиях в медицине — все это есть в новых главах. И, по мнению автора, время перемен только начинается. «Новая технология всегда изменяет рано или поздно повседневную жизнь, но очень трудно угадать заранее, как это произойдет. Радиоэлектроника, например, уже радикально изменила привычные когда-то способы получения и обработки информации. Скорость этих изменений необычайно возросла с возникновением Интернета. Сейчас, с переходом ее на качественно новую ступень (миниатюризация), она вторгается буквально во все области жизни. Случится ли нечто подобное с биотехнологией? Уверен, что да».

 

Крейг Вентер. Расшифрованная жизнь. Мой геном, моя жизнь

Автобиография, но все дело в том, чья. Крейг Вентер — человек, которому не один раз удавалось невозможное. Неоднозначная личность, из тех победителей, которых трудно судить. И, бесспорно, одна из самых ярких, любимых журналистами и публикой фигур современной науки о геномах. Не удержусь от рекламной цитаты с обложки: «И как только журналисты не называли Вентера в последние десятилетия – бунтарь, “белая ворона”, мастер саморекламы, авантюрист, дерзкий, противоречивый, гений, псих, мятежник, фантазер, самонадеянный, вздорный, пробивной, решительный, целеустремленный, вызывающий. Его автобиография показывает, что все эти определения оправданны» (Nature).

В юности совсем не ботан и не отличник, он заинтересовался медициной и науками о жизни после службы в армии — медработником во Вьетнаме. А 30 лет спустя возглавил компанию, перед которой стояла задача опередить слишком медленно работающий международный проект «Геном человека», сделать то же самое быстрее и дешевле. В 2000 году Фрэнсис Коллинз из Национальных институтов здоровья и Крейг Вентер вместе докладывали о расшифровке человеческого генома Биллу Клинтону и Тони Блэру. Если бы такое происходило бы не в жизни, а в кино, миллионы Станиславских вскричали бы «не верю»! Чтобы чуть снизить градус умиления: изначально стратегической задачей Celera Genomics было патентование человеческих генов, крупные заработки на переднем крае науки. Крейг Вентер поставил на новые возможности определения нуклеотидных последовательностей ДНК (секвенирования) — и много выиграл.

Выкладывание собственного генома в открытый доступ (кстати, отдельные моменты автобиографии сопровождаются ироничными отсылками к персональным геномным данным автора, мол, это мои аллели виноваты, что все пошло именно так, — правда, с оговорками, что влияние второго на первое не всегда строго подтверждено.). Расшифровка геномов возбудителей опасных инфекционных заболеваний. Амбициозные проекты по исследованию геномов морских микроорганизмов. Рождение и смерть проектов, союзы и разрывы, истории успехов и неуспехов... короче говоря, поучительное чтение. Цитируя автора: «В этой книге 6 миллиардов оснований моей ДНК изо всех сил пытаются разобраться в себе».

 

Борис Жуков. Введение в поведение. История наук о том, что движет животными и как их правильно понимать

Изучение поведения животных — как литература или воспитание детей: каждый считает себя знатоком этих предметов, хотя настоящих знатоков немного. Но в первом случае желающие могут повысить свой уровень до приемлемого в обществе, прочитав книгу научного журналиста Бориса Жукова.

История науки сложна для популяризации. Научному журналисту всегда приходится читать в десять раз больше, чем расскажешь читателям, но тут объем работы с материалом возрастает на порядки. Изучить современное состояние вопроса, затем поэтапно разобрать здание научной дисциплины, добраться до фундамента и снова собрать, так, чтобы читатели поняли, откуда что взялось, зачем нужна каждая балка и каждая несущая стена в конструкции, кто вылепил те странные барельефчики и куда вел проход, позднее замурованный за ненадобностью... Борис Жуков не только проделал эту работу для наук о поведении, но и представил результат в весьма привлекательном виде. К книге применим один из самых приятных для просветителя комплиментов: «дает читателю возможность почувствовать себя умным». Читаешь без усилий, даже с удовольствием — текст точен и остроумен, ясность текста обеспечивается ясностью мысли, — и чувствуешь, как растет твое понимание вопроса, то, что было смутным, становится очевидным. И в науке, и в поведении.

Автор не ограничивается ролью летописца, его собственные соображения интересны и уместны. Например, им предложено работающее различие между науками естественными и гуманитарными (не буду цитировать, сами посмотрите). Также не могу не сказать отдельно о веселых иллюстрациях Олега Добровольского. Это предрассудок, что в серьезных взрослых книгах якобы не должно быть смешных картинок: они не только развлекают, но и весьма способствуют запоминанию.

 

Светлана Бурлак. Происхождение языка: факты, исследования, гипотезы

Эта книга, возможно, не такая цельная и легкая для чтения, как предыдущая. Но это одна из немногих научно-популярных книг, которые я читала два раза и с закладками, чтобы выяснить важное лично для себя.

«Бессмыслица — искать решение, когда оно и так есть. Речь идет о том, как поступать с задачей, которая решения не имеет». Проблему глоттогенеза — происхождения языка до недавнего времени относили к неразрешимым, да и сейчас многие сомневаются в ее разрешимости, что не мешает ей быть одной из самых модных. Язык и эволюция человека, язык и мозг, язык и мышление. Границы между врожденным и приобретенным. Почему речь — уникальное свойство нашего вида, может ли у животного быть своя речь, попроще? Как научились говорить наши далекие предки и что помогает современным человеческим детенышам с почти пугающей легкостью овладевать этим странным и сложным навыком? О-кей, обезьяны не могут говорить, как люди, но если бы строение их гортани было ближе к нашему, могли б они научиться говорить как очень маленькие дети — или так, как как бонобо Канзи складывает и понимает фразы с помощью знаков йеркиша, только вслух? В чем разница между «говорить» и «понимать»? Существуют ли «гены речи» и что они делают? Как связаны речь и разум, почему так мы радуемся, когда находим точное название для предмета, о котором размышляем?

Казалось бы, невозможно не фантазировать, когда рассуждаешь на подобные темы. И тем не менее: «В книге речь идет не о том, что могло бы быть, а о том, что точно было (а в каких-то случаях и до сих пор есть), и о том, что — в соответствии с установленными к настоящему времени законами — не могло из этого не воспоследовать». Очень рекомендую.

 

Вилейянур Рамачандран. Мозг рассказывает. Что делает нас людьми

Если с кем-то сравнивать Вилейянура Рамачандрана, американского невролога индийского происхождения, то, пожалуй, прежде всего — с недавно ушедшим от нас Оливером Саксом (который, кстати, высоко оценил эту книгу). То же внимание к индивидуальности пациента, то же увлечение простыми элегантными экспериментами. Гуманистический подход в когнитивных нейронауках: «люди действительно уникальны и особенны, а не являются “просто” ещё одним видом приматов. Я все же считаю несколько удивительным то, что эта позиция нуждается в защите причём не только от бредней антиэволюционистов, но и от немалого числа моих коллег, которым почему-то удобно утверждать, что мы “всего лишь обезьяны”, тем беспечным, снисходительным тоном, в котором слышится нескрываемое удовольствие от умаления человека». Убежденность в том, что человеческий мозг со всей причудливой непредсказуемостью природного объекта — нечто иное, чем суперсложный органический компьютер.

Наблюдая за здоровым человеком, легко представить, что в голове у него есть логический блок, калькулятор, хранилище именованных и датированных аудио- и видеофайлов и прочие хорошо знакомые нам вещи. Но эти гипотезы оказываются непригодными, когда мы наблюдаем за некоторыми большими и малыми нарушениями. Человек хорошо видит объект, может его описать точно и в подробностях, но не может определить, собака или лошадь это четвероногое животное, не отличает цветов от сорняков. Другой человек убежден, что его близкие люди и даже его собака — не они, а их идеально похожие двойники (при этом голоса близких в телефонной трубке у него подобных подозрений не вызывают, он охотно их узнает и общается). А феномен фантомной конечности? А синестезия — способность видеть цифры или ноты цветными или ощущать яркие эмоции при осязании различных поверхностей? А вы знали, что есть неврологическое нарушение, которое мешают понимать пословицы и метафоры, не влияя на другие функции мозга? Отдельная глава посвящена любимой теме автора — зеркальным нейронам, которые активируются, когда мы сопереживаем чужим действиям или ощущениям: в одном из своих выступлений Рамачандран назвал их «нейронами Ганди». А такие священные предметы, как самосознание, Я-концепция и чувство прекрасного — оказывается, нейронауки уже и до них добрались.

Некоторые комментаторы спрашивают: а для чего нужны неспециалистам эти сто поразительных фактов, о чем книга? Сам автор отвечает так. «Мы увидели, что “я” сплетено из многих нитей, каждую из которых можно распутать и изучить, если ставить эксперименты. Теперь все готово, чтобы понять, как эти нити сплетаются в нашем обыденном (здоровом) сознании». Внимание к редким «неважным» отклонениям, продуманное экспериментальное исследование особенностей пациента в сочетании с исследованием активности мозга могут привести к открытиям, полезным не только для специалистов в области неврологии, но и для теоретиков, и, возможно, для философов.

 

Эдвард Уилсон. Хозяева Земли. Социальное завоевание планеты человечеством

Эдвард Уилсон — теоретик и натуралист, «отец социобиологии», автор множества книг, дважды лауреат Пулитцеровской премии. Основная область его научных интересов — виды, которые создали высокоорганизованные сообщества задолго до появления Homo sapiens: муравьи. Название книги, «The Social Conquest of Earth» точнее было бы перевести как «покорение Земли социумами». Каким образом в ходе эволюции мог возникнуть столь странный феномен, как сообщество индивидов, в каких условиях и под воздействием каких сил «здоровая конкуренция» уступает место сотрудничеству? В сущности, это вопрос о происхождении и самопознании человечества: какой отличительный признак человека разумного мы ни вспомним, он так или иначе будет связан с коммуникацией и-или способностью действовать сообща.

«Мы создали цивилизацию «Звездных войн» — с эмоциями каменного века, общественными институтами Средневековья и технологиями, достойными богов. Мы мечемся. Нас страшно сбивает с толку сам факт нашего существования; мы опасны как для себя самих, так и для всего живого». Откуда пришло человечество и куда оно идет — на этот вопрос, по мнению Уилсона, должны ответить естественные науки, а не философия и тем более не религия. (Впрочем, в финале книги он предлагает естественникам и гуманитариям объединить усилия.) Он рассматривает, какие качества, возникшие как адаптации к конкретным условиям, в конце концов помогли нам стать разумными. А заодно — на чем споткнулись другие виды, о разумности которых мы любим поговорить, например, осьминоги или те же общественные насекомые. Затем рассказывает о выгоде, которую мы получили, объединившись в группы, и о противоборстве эгоизма (самосохранения) и альтруизма (готовности к жертвам ради сородичей), заложенных в каждом человеке. Это интересно как в контексте дискуссии Уилсона с противниками группового отбора (самый известный из них в России — Ричард Докинз), так и само по себе. Что из того, что мы обычно называем самоочевидными или установленными свыше нормами морали, было приобретено в ходе эволюции, именно тогда, когда наши предки научились делиться друг с другом добычей, стеречь общий дом и заботиться не только о своих детенышах? И что нам делать с этим знанием? Автор в эпилоге оптимистичен, но спойлерить не буду: читайте.

 

Ранее в рубрике «Лидеры мнений»:

• Сергей Легеза. 6 новых польских фантастов

• Павел Подкосов. 6 главных книг «Альпины нон-фикшн»

• Шимун Врочек. 6 главных книг «цветной волны»

• Андрей Жвалевский. 5 лучших современных отечественных книг для подростков

• Николай Романецкий. 6 лучших романов, опубликованных в альманахе «Полдень»

• Андрей Танасейчук. 5 лучших биографий писателей

• Ольга Трофимова. 5 лучших научно-популярных книг по востоковедению

• Александр Бачило. 5 книг, сделавших нас фантазерами

• Елена Соковенина. 5 книг о подростковом бунте

• Сергей Носов. 5 книг о Петербурге

• Александр Зорич. 5 главных романов на основе компьютерных игр

• Леонид Юзефович. 5 забытых книг о Гражданской войне

• Александр Гузман. 3 книги, которые попадают между

• Роман Арбитман. 5 главных классических детективов

• Антон Чиж. 6 ретродетективов

• Антон Первушин. 5 книг о том, как устроена вселенная. Астрофизика, футурология, биология

• Шамиль Идиатуллин. 5 главных советских книг о том, как и для чего подросток должен выжить

• Валерия Пустовая. 20 главных книг о книгах. Современная российская критика

• Мария Галина. 5 книг о природе человека и не только

• Далия Трускиновская. 5 исторических романов, которые должен прочитать каждый

• Генри Лайон Олди. 5 фантастических книг, которые не стыдно читать

 

Комментарии

Вверх