СПб, ст. метро "Елизаровская", пр. Обуховской Обороны, д.105
8(812) 412-34-78
Часы работы: ежедневно, кроме понедельника, с 10:00 до 18:00
Главная » Журнал «ПИТЕРBOOK» » Фанткритик-2017 » 30.Журавленок и молния. Непридуманные проблемы детской фантастики

30.Журавленок и молния. Непридуманные проблемы детской фантастики

13:41 / 13.07.2017

Номинация: литературно-критическая статья

— Гуляешь?
— Ага, — кивнул Стасик. — Я смотрю. Я тут раньше не бывал. — Он сразу понял, что дядька не заругает, не прогонит, лицо у него доброе.
— Чего ж ты с сумкой, а не в школе?
— А прогнали, — безбоязненно сказал Стасик.
— Ну вот… Один раз прогонят, другой, так и начнешь болтаться…
— Да не-е… Это случайно!
— А газетки у тебя случайно нет? На самокрутку.
— Газетка имеется! — Стасик сел на корточки, расстегнул сумку и содрал с нового задачника обертку. Протянул дядьке клок с заголовком «Туренская правда» и обрывком названия статьи — «Сталин — наше зна…».
Дядька вытащил пачку махорки, свернул «козью ножку».
— Ну, гуляй! Да к колесам-то не суйся, а то скоро дергать будут. Иди вон туда, подале…

Перед нами, друзья, отрывок из фантастического романа для детей. Замечательного, доброго, мудрого, любимого не одним поколением мальчишек и девчонок. Кто читал — никогда не забудет глиняный шарик, обожженный в костре, смешную маленькую сестренку, дружбу мальчика и звезды, импульсы Большого Кристалла. Книга великолепна — и, увы, противопоказана современным подросткам.

Во-первых рейтинг издания — 18+. В книге курят, распивают спиртные напитки, причиняют физические и душевные страдания, кончают жизнь самоубийством. Во-вторых поведение главных героев антиобщественно. Они прогуливают школу, конфликтуют с педагогами, спорят со взрослыми, лазают в одиночку по опасным местам, дерутся и порой говорят неправду. И, наконец, книга не учит как решать актуальные проблемы — строить карьеру, поднимать рейтинги в соцсетях, уважительно относиться к государству, общественным институтам, религии и банковской системе. Она воспитывает романтиков, фантазеров, не побоюсь этого слова бунтовщиков. «Грамотей не есть враг короля… Враг короля есть грамотей-мечтатель, грамотей усомнившийся, грамотей неверящий!»

Одним романом Крапивина, как очевидно, проблема не ограничивается. В небезызвестных «Алых парусах» дети в одиночку гуляют по лесу и разговаривают с сомнительными незнакомцами, вино льется рекой, а табак унимает печаль. Прекрасный роман С. Лукьяненко «Мальчик и Тьма» содержит сцену совращения несовершеннолетнего взрослой женщиной, и мальчики там с удовольствием пьют шампанское. «Рыцари сорока островов», произведение, безупречно ориентированное на подростковую аудиторию, тоже сомнительно в плане рейтинга и местами жестковато даже для взрослых — детальных описаний в книге конечно нет, но по нервам она бьет не хуже ужастика с Фредди Крюгером.  «Дорога на Веллесберг» пропагандирует бродяжничество. «Валькирия» Семеновой включает весьма натуральные сцены насилия, а «Волкодав» ещё и вино с таинственными кристалликами. Классическая «Аэлита» Толстого содержит не только сцены употребления алкоголя и наркотиков, но и доступный для понимания рецепт запуска революции, инициации и развития протестного движения.

В западной фантастике для детей и подростков, ситуация столь же плачевна. Популярнейшие «Голодные игры» Коллинз — история бунта, социального взрыва, бескомпромиссного сопротивления несправедливым властям и жестоким законам. Любой девочке из бедной семьи захочется однажды выйти на площадь, защищая родных, вступить в борьбу с Президентом, стать непобедимой и неустрашимой Сойкой-Пересмешницей. «Заводной апельсин» Бёрджесса, книга о неукротимой жестокости подростков, написанная для подростков и доходчиво объясняющая механизмы тинейджерской преступности и тинейджерской бесчеловечности, имеет железный рейтинг 18+ — там есть все, что попадает под запреты. «Вино из одуванчиков» Брэдбери, один из лучших романов о взрослении, братстве и детской дружбе тоже не проходит цензуру.

…Вино из одуванчиков — пойманное и закупоренное в бутылки лето…. Возьми лето в руку, налей лето в бокал — в самый крохотный, конечно, из какого только и сделаешь единственный терпкий глоток, поднеси его к губам — и по жилам твоим вместо лютой зимы побежит жаркое лето

«Хоббит» получает 16+ за вино и табак без осуждения употребления. «Властелин колец», «Волшебник Земноморья», «Драконы Перна» — туда же. «Хайнский цикл» — пропаганда нетрадиционных отношений. «Ведьмак», «Дочь Железного Дракона», «Дюна» — 18+. Про «Игру Престолов» можно даже не упоминать.

Если вернуться к детским условно-фантастическим книгам, их герои тоже вызывают массу вопросов. Чему учит мальчиков и девочек лентяй, враль, пакостник и воришка Карлсон? Чем хороша хамка, драчунья, неряха и скандалистка Пеппи Длинныйчулок, какой пример она подает хорошим деткам из хороших семей? Все ли в порядке у добренького короля Матиуша и его жестокосердного друга Фелека, что на самом деле скрепляет их противоестественный союз? Нравственно ли несовершеннолетней дочери разбойника уходить из дома и целое лето жить в пещере вдвоем с мальчиком, деля с ним одну постель?

С историями про ведьм с колдунами, растлевающих нежные души подростков, уже ведется война.  Демоническому «Гарри Поттеру» противостоят социально близкие «Дети против волшебников». Экземпляры идеологически вредных романов неоднократно жгли, очередь за тиражами? Или все тихо-мирно сойдет на нет, «нехорошие» книги просто перестанут выпускать и потихоньку изымут из библиотек?

Кто бы спорил, для детей можно хорошо писать в рамках дозволенного, не особо удаляясь с генеральной линии партии. Лучший пример тому — Р.Э. Хайнлайн, создавший больше десяти подростковых романов и вынужденный следовать указаниям цензоров: никакой эротики, никаких лишних жестокостей и аморальных поступков. Посмотрите на «Гражданина Галактики», на «Марсианку Подкейн», на «Имею скафандр — готов путешествовать» — это скромные и благопристойные романы, к которым довольно сложно придраться. Блестки и звездочки размещены в нужных местах, сомнительные словечки запиканы и условия соблюдены. Но Хайнлайн остается Хайнлайном и пишет блистательно. В российской детской и подростковой фантастике есть целомудренный булычевский цикл про Алису, есть «Приключения Электроника» и «Отроки во Вселенной», есть милые истории Жвалевского и Пастернак. Однако этими книгами фантастическая литература для юношества не ограничивается. И реальность отнюдь не стерильна.

Наши дети прекрасно знают, что на свете существуют алкоголь и наркотики, секс и насилие, убийства и суицид. Они видят пьяных на улицах и хорошо, если не дома. «Травкой», «солью» и прочей дрянью торгуют в интернете, телефоны выводят на асфальте через трафареты и вывешивают на страничках в сети. Только в Москве ежегодно беременеет 10.000 несовершеннолетних девочек и кончает с собой около 50 детей. Наши дети видят преступность, бедность, побои, демонстрации недовольных, лицемерие учителей, выходки отпрысков богачей, озверевших от безнаказанности. Видят в новостях, по телевизору, в интернете, слышат по радио, от друзей и одноклассников, порой ощущают на своей шкуре — не надо далеко ходить. Мы живем не в 19 веке, когда девицу или отрока реально было до брака держать в ангельском неведении, контролируя списки для чтения и завешивая соблазнительные картины.

Существуют компьютерные игры и симуляторы, жестокие, мрачные и до отвращения достоверные. Существуют сериалы на официальных каналах официального телевидения. Существует отечественное кино с «эротической» и кровавой эстетикой — вспомните хотя бы шедеврального «Князя Владимира» и бритый лобок изнасилованной Рогнеды (несовершеннолетней по историческим хроникам) на всех экранах страны. Наконец, существует современная фантастическая литература. Романтическая фантастика, эротическая фантастика, Зоны, живущие по законам и правилам зон, кровопролитные фантастические боевики и выразительный хоррор. Ориентированы эти жанры в первую очередь на молодежную аудиторию — посмотрите любой фанатский форум. И достать их проще простого — тупо-цинично скачиваешь в интернете с любого книжного магазина или пиратского сайта и читаешь, сколько влезет — сайты пока ещё не требуют сканов паспорта и подтверждения возраста. Читать можно… а писать почему-то нельзя.

Таким образом подросток получает образец двоемыслия, демонстрацию официального лицемерия и ханжества. Как пелось в одной шаловливой песенке «попа есть, а слова нет». Романов с эротикой, кровью, кишками, сомнительными и отвратительными моментами — сколько угодно, это часть современной культуры, вопиющая реальность. Достать их подросток может с легкостью необычайной. И учится — все дети учатся на книгах. Вот только ни надежды, ни света, ни уроков гуманизма и сострадания, ни опор для формирования личности в «Кровавой невесте вампира» или «Саге о Черном Мече Судьбы» не отыщешь и днем с фонарем. Жанр имеет свои законы, их нарушать вообще не стоит — форматные книги пишутся по канону, с целью надавить на определенные эмоции, потворствовать определенным инстинктам и побудить приобрести следующую книгу из серии, съесть ещё этих мягких французских булок. Они не вступают в диалог с читателем, не учат чувствовать или думать — только прыгать, стрелять, задирать юбки и собирать хабар.

 С одной стороны хоррор как таковой тоже полезен до определенной степени. Вспомните хотя бы братьев Гримм с отрубленными пальцами в туфельках, сваренными заживо злодейками-мачехами и вскрытым животом волка. Вспомните страшные народные сказки, кровавые ужасы Илиады и сомнительного свойства моменты из Ветхого Завета — к слову, по нормам возрастного фильтра Библию тоже нельзя читать минимум до 16 лет. Ужасы как известно способствуют проработке детских страхов и сценариев поведения, помогают психике ребенка адаптироваться к реальности, а подростку подготовиться к инициации во взрослую жизнь.

С другой — по крайней мере в российской истории были моменты, когда литературу жестко цензурировали. Перед революцией это привело к всплеску популярности «запрещенных книжек», причем в первую очередь передавали друг другу пропагандистские брошюрки и истории революционеров, павших в борьбе роковой, именно гимназисты и студенты. В СССР точно так же из рук в руки передавали копии Булгакова и Стругацких. Запретный плод сладок, и подростки охотно тянут к нему шаловливые ручки.

А если действовать от противного? В Европе в рамках детской литературы царит казацкая вольница. Есть книги о сексе и вариативной сексуальной ориентации для детей, книги, написанные от имени половых органов и физиологических отправлений, истории о нецензурных словах, смерти и преступлениях… А ещё книги о Холокосте и Сопротивлении, уличных буднях и деспотии закрытых школ, подростковых проблемах и детских горестях — как жить дальше, если твоя мама ушла в запой, папа погиб, братишка болен раком и врачи разводят руками, мол, ничем не поможешь. А ещё чудесные сказки о мальчике, который не хотел быть медведем, вундеркинде Матильде, Ходячем замке, Шоколадной фабрике, Доме Странных детей. Никогде и Терабития, Золотой Компас и Хогвартс, Лабиринт Фавна и История с Кладбищем… Ни для кого не секрет, что две трети детской литературы вообще и детской-юношеской фантастики в частности — переводная литература, а половина оставшегося — произведения, написанные в СССР. Издатель не ходит с калькулятором, высчитывая длину юбок у героинь и количество упоминаний шампанского — он публикует книги, которые будут пользоваться спросом у аудитории. Новые авторы в секторе российской детской фантастики так же редки, как ангелы, решившие отдохнуть на кончике иглы. И ни одного нового Толкиена, Джоан Роулинг, Марии Семеновой или хотя бы Натальи Щербы среди них не намечается. Цензура ли тому причиной?

Хороший детский писатель никогда не будет врать детям, заискивать или лебезить перед ними. Не назовет черное белым, не сделает вид, будто мы живем в мире розовых пони и испражняемся бабочками. Не напишет того, во что сам не верит. Советские авторы тоже работали в рамках цензуры, но одни из них искренне верили в то, во что писали, другие использовали детскую литературу как прикрытие для недетских высказываний и мыслей, а третьим удавалось создать свою Неверландию и уйти в неё от недружелюбного мира. Идеологически выдержанные истории про пионеров-героев в космосе и строителей коммунизма на детских площадках давным-давно канули в лету. А те авторы, которым удалось сохранить свой голос и донести до читателей свой месседж, все еще занимают места на полках магазинов, тесня молодые фантастические дарования. Лагин, Садовников, Толстой, Прокофьева, Штильмарк — их печатают до сих пор и хорошо раскупают. Кому из подростковых фантастов-двухтысячников светят тиражи Крапивина, Булычева или Носова?

Естественно, продвижение есть. Емец и полузабытая уже Таня Гроттер, Горькавый и Астровитянка, упомянутая Щерба и Часодеи. Фантастика не стоит на месте, как любой живой литературный жанр она адаптируется, ищет выходы. Не исключаю, что на Лит-Эре или Самиздате ждут своего часа новые имена, спустя год на полках появится первая книга Жени Роландовой и детишки сойдут с ума, выстаивая очереди у книжных и обмениваясь фанатскими фанфиками. Запрос есть и потребность в новой детской фантастике есть.

Юному читателю важно, чтобы автор говорил на его языке, разделял его нужды и чаяния, показывал — куда идти, как защитить себя, как справиться с инфернальным подростковым одиночеством и непониманием. Хорошая детская фантастика — это всегда дверь в Нарнию или дорога в космос, путь в леса и моря, побережья и мрачные пустыни инициации, откуда однажды выходишь совсем взрослым. Но до конца дней хранишь в памяти свет звезды Волшебной страны…

Любой подросток в душе бунтовщик, сотрясатель основ, он ищет свое место в мире взрослых и свой путь в будущее. Он не верит паинькам и лицемерам, не желает жевать скучные проповеди и издевается над взрослой моралью. Его герои испокон веку — пираты и рыцари, контрабандисты и первопроходцы, его сражения — битвы с магами и врагами, победа над тенью, темной стороной души. Детская фантастика может подарить ему мечту о космосе, недостижимом небе, рассказать о цене настоящей дружбы и настоящего подвига, привить вкус к науке и раскрыть сердце для сопереживания. Каково это — подниматься на корабль последними, зная, что твоих учителей и наставников уничтожит Волна. Как бродить по дорогам миров, отыскивая потерянного братишку. Как остановить реактор собой, напевая про Зеленые Холмы Земли. Как сохранить в памяти сгоревшую книгу, отказаться жечь Бичер-Стоу, Твена и Экклезиаста? Как идти в безнадежный бой, и как отказаться поднимать оружие, стрелять в невиновных...

Фантастика по определению нонконформистская литература, невозможно надеть на неё мундир и поставить в строй, сделать благопристойной, богобоязненной и патриотичной. Возрастные ограничения для неё — все равно что корсет для благородной девицы. Тесно, тошно, неудобно дышать и регулярно падаешь в обморок. По счастью, как говаривал вышеупомянутый Экклезиаст, все проходит. Мода на возрастные ограничения тоже пройдет. А пока — стоит ли отнимать у подростка хорошие книги? Мы с вами выросли на Карлсоне и Винни-Пухе, капитане Фракассе и капитане Сорви-Голова, мы зачитывались Желязны и Хайнлайном, Толкиеном и Гербертом, Сапковским, Семеновой и Стругацкими. Правильные, нужные, как пел Высоцкий, книги помогли нам вырасти порядочными людьми, полюбить фантастику и мечтать о звездах. И сомневаюсь, что вино Грэя, нагота Таис Афинской революция на Луне или странные привычки амберской семейки повлияли на наш моральный облик.

Наши дети заслуживают доступ к настоящей фантастике. Навешивать возрастные ограничения на классическую детскую литературу — все равно, что навинчивать фиговый листик на статую Лаокоона… впрочем, этот процесс хорошо описан в «451 по Фаренгейту». И, что характерно, сам Брэдбери столкнулся с возрастной цензурой — для того, чтобы произведение попало в школьные библиотеки, в него было внесено чуть меньше 100 правок, убраны упоминания об абортах, самые неприличные ругательства и жестокости. Только в 1980 году «отцензурированную» версию перестали публиковать, оставив для переизданий полную.

Повторюсь, детям сейчас очень нужны книги-друзья, книги-маяки, книги-ориентиры. В современном калейдоскопе моральных ценностей очень легко запутаться, ответов «что такое хорошо и что такое плохо» столько же, сколько телеканалов на кабельном, и у каждого своя шкала мер и весов. Все меняется — только маленький хоббит по-прежнему пробирается с колечком к Ородруину, чернокожий волшебник держит за руку юную жрицу Гробниц, Карлсон остается Карлсоном на крыше, упрямица Рони делится последней едой с названым братом, Муми-мама достает карамельки из сумочки и убеждает «все кончится хорошо». Бунтовать дети все равно будут и вино однажды попробуют и целоваться начнут и на улицы в свой черед выйдут и вернутся домой в свой черед — кто не был в юности либералом, тот не имеет сердца. Но хорошая книга оставляет в душе прививку человечности, делает хоть немного добрее. И помогает выбраться назад на дорогу, даже если сбился с пути. Хочется верить — наши внуки тоже будут читать _наши_ книги. И уходить — в Средиземье, в Лабиринт, в храм Такхизис, в мир Великого Кристалла.

Пристань Лисьи Норы построена у низкого травянистого берега, недалеко от поселка с тем же названием. Поселок большой. Можно сказать, городок. Но «метеоры» и «кометы» минуют Лисьи Норы, не сбавляя хода. И когда кто-нибудь хочет попасть на такое быстрое судно, он должен ехать на пристань Столбы. Отсюда на теплоходе с подводными крыльями можно за четыре часа добраться до самого устья. Но это — если повезет с билетом.

Ты кто? Я — шарик…

Комментарии

Вверх