СПб, ст. метро "Елизаровская", пр. Обуховской Обороны, д.105
8(812) 412-34-78
Часы работы: ежедневно, кроме понедельника, с 10:00 до 18:00
Главная » Журнал «ПИТЕРBOOK» » Фанткритик-2017 » 19. Рефлексии американского интеллигента...

19. Рефлексии американского интеллигента...

15:47 / 10.07.2017

Роберт Джексон Беннетт. Город лестниц Рецензия отзывНоминация: рецензия

Роберт Джексон Беннетт. Город лестниц
М.: АСТ, 2017

Бывают фантастические романы, которые в принципе невозможно отделить от политики. Разве что совсем наивный человек, для которого история последнего полувека совершенно неинтересна – может смотреть на текст, как на чисто шпионский триллер с элементами мистики.

И поначалу его всё устроит.

Завязка романа откровенно хороша. Есть неизвестный мир, ощутимо рельефный, живой. Есть героиня – умная, решительная, мотивированная. И есть большая тайна земель, где теперь не живут боги. Всё очень динамично – хотя царит атмосфера стимпанка, автор умеет вовремя дать картинку из прошлого, сменить рассказчика или ввести новую фигуру. Мир постоянно усложняется…

Но даже наивный читатель, прояви он чуточку внимания, к середине романа начнёт задавать вопросы.

Почему боги взялись будто ниоткуда, не имели своих прародителей, пращуров –  хотя бы вымышленных?

Когда фантасты используют реальную мифологию и добротные теоретические работы – Олди "Герой должен быть один" – в их текстах читаются системы и классификации. Между богами разных поколений тлеют разногласия, новичкам приходиться пробиваться наверх. А что делать с героями-людьми? Да и старые чудовища не дают покоя...

В «Городе лестниц» мы видим шестерку богов, а уровнем ниже - никого. Есть потомки богов, которые, однако же, никак не похожи на героев. Отчего они так легко проигрывают главную войну своей жизни? Почему совершенно не стремятся занять место отцов? И если старые боги истреблены – отчего не родились новые?

Внятных ответов не будет.

Несколько лучше обустроен низший уровень мистического: сохранились редкие фамильяры – монстры и оборотни. Довольно много волшебных предметов - проклятых или благословенных подарков людям. Но и с ними вопрос – отчего так мало используются они местными ворами и проходимцами?

 Персонажи приходят к банальному выводу о происхождении богов из человеческой веры. Это «замечательно» – в мире, где боги зримо присутствовали, менялись сами и меняли жизнь целых стран, подобные гипотезы будут сродни изобретению велосипеда.

Героиню-оперативницу должен заботить целый букет проблем, которые давным-давно стали следствием фразы «боги питаются верой». Стихийные культы новых божков. Самозванцы и еретики всех оттенков, причем не всегда осознающих свои «заблуждения». Сверхъестественные делишки очередных «пророков», с паствой в несколько сотен душ.

Это провалы в логике построения мира. О них можно рассуждать ещё долго, но куда интереснее рассматривать причины нестыковок.

Легко читается комплекс вины, который для себя сконструировал социум американских университетов.

Если вы гуманный человек, представляете себе масштаб военных предприятий своего государства, но не считаете оправданной бомбежку очередной страны — у вас проблема. Когда-то всё можно было затушевать великим созиданием: на смену солдатне приходили чиновники, начинали Реконструкцию или составляли Маршалла. Но в последние десятилетия проигравшие страны отчего-то перестали становиться своими, их больше не превращают в цивилизованные области "первого мира". 

Интеллигенция государства-гегемона ощущает покалывание совести...

Автор мастерски играет на этом чувстве:

- победа Сайпура в войне над бывшей метрополией обеспечена подлостью и матереубийством. Малопонятным фокусом, каким-то ружьем удалось буквально перебить старых богов. Столица противника не взята штурмом – она провалилась сама в себя. Жители наполовину вымерли от эпидемий, которые раньше сдерживали боги. Цивилизация верующих буквально схлопнулась, утратила смысл существования.

Получается метафора победы в Холодной войне – неожиданной, потрясающе легкой и густо замешанной на предательстве. Ради сходства с реальностью автор жертвует «полубогами»: стоило переломить не злую, но созидающую волю бога-строителя – рухнуло всё;

- как теперь живут побежденные? Когда-то это были «Святые земли», а теперь просто «материк». С тонким намёком на Евразию, которой противостоит торгово-промышленная «цивилизация моря». У жителей материка славянские имена. Один из падших богов требует носить паранджу. Победители заставляют забывать прошлое,  и любые знания о богах – преступны. На экономической доске с местными жителями тоже играют нечестно. Колония лишена новой цели развития. Есть остатки прошлых идей и пустота в сердцах;

- автор, не жалея светлых красок, рисует образ исследователя, который придавлен комплексом вины уж совершенно неприличных размеров. Ефрем Панъюй жаждет понять культуру побежденной  территории, буквально заболевает ею. Правдоискательство на фоне тотальной разрухи континента постепенно приводит к самоотрицанию. И вот его убивают;

- тяжелейший комплекс слабости имперско-прогрессисткой идентичности перед идентичностью этническо-религиозной.  Люди на побежденных территориях остро ощущают себя «не такими», у них своя правда, своя вера, пусть и растоптанная. У победителей - прогресс, расцвет изобретательства, позитивизм во всех его проявлениях. Сайпурцы снова и снова ищут моральных оправданий в своём прошлом, когда сами были периферией и вели «войну за независимость». Но она давно кончилась, а прогресс воспринимается жителями Сайпура как что-то само-собой разумеющееся. Ну, изобретаем, ну и что с того? Даже когда цивилизация делает свою работу, силою вещей меняя вкусы побежденных – представители «страны-гегемона» не понимают до конца, как же это происходит. Эти сомнения кристаллизуются в отношениях героини и её давешнего любовника. Встретились они ещё студентами, а теперь Воханнес Вотров богач, он практически олигарх на побежденной территории. Хотя принимает технику и желает стать магнатом в новой империи, но у героини полное ощущение, что на него невозможно повлиять доводами, манипуляциями – они равно умны, равно циничны, и взаимная страсть у них тоже вполне равновесная.

«Политической корректности – недостаточно». Вот та главная мысль, которую несёт роман.

Но что дальше? Как перейти от сожалений к действиям? Тут автор отступает на второй план, а проблемы за него начинает решать героиня.

Её образ – заточенный маркетинговый стилет, который должен поразить читателя в сердце:

– привычка к подобию кофе. Одна из мелких страстей, через которые можно отождествить себя с персонажем;

– она «синий чулок», зубрила, каких поискать. Патриотка, которая имеет всё меньше оснований для патриотизма – старые лозунги попросту опротивели ей. Но Шара готова стоически нести добро миру.  Без развития континента дела не сдвинутся, а на родине должен идти прогресс. В результате она становится представительницей как бы двух сторон;

– низкий поклон в сторону феминизма. Мало того, что протагонистка – личность незаурядная, её окружают не менее выдающиеся женщины. Начальница  по разведывательной линии, влиятельнейший политический деятель – тётушка Винья. Командир гарнизона, она же губернатор Мулагеш – опытнейший офицер и просто отличный боец. Героиня местного сопротивления Ирина Торская. Неграмотная уборщица, однако же искренняя в своих порывах и сомнениях. На фоне этого неявного матриархата мужчины могут быть или наивными ассистентами, вроде Питри, или молчаливыми вассалами-убийцами как Сигурд, или фанатичными врагами. Единственное живое исключение, её старый любовник  – он бисексуал;

– в бою торжествует если не философия, то уж точно – полевое религиоведение. Внимательность и контроль, помноженные на работу Шары в архивах и толику её сочувствия к местному населению.

Образ-мечта для барышень с высшим образованием и политическими амбициями. Икона для совестливых интеллигентов.

Потому чем ближе  к финалу, тем грубее выступают разнообразные нестыковки и штампы. Всё больше анахронизмов и не реализованных намёков. Развязка - торжество морали над интригой. Буквально фейерверк правильных решений, которые помогают очистить душу и принести благо людям.

Если автор хотел написать книгу, соразмерную его таланту - надо было заранее выбрать жанр: политическая проповедь или мистический детектив. В итоге второй оказался лишним.

Комментарии

Вверх