СПб, ст. метро "Елизаровская", пр. Обуховской Обороны, д.105
8(812) 412-34-78
Часы работы: ежедневно, кроме понедельника, с 10:00 до 18:00
Главная » Журнал «ПИТЕРBOOK» » Фанткритик-2017 » 06. Скромное обаяние исламизма

06. Скромное обаяние исламизма

20:31 / 09.06.2017

Номинация: рецензия

Мишель Уэльбек. Покорность

М.: Corpus, 2016

«Исламофоб ли я? Вероятно да» — признался в одном из интервью Мишель Уэльбек. Казалось бы яснее некуда. Разве можно после подобного каминг-аута ожидать от автора чего-то разумного, доброго, вечного в адрес Ислама? Тем более после того как писатель в 2002 году публично назвал эту конфессию «одной из наиглупейших». Но, не будем спешить с выводами. Мишель Уэльбек далее поясняет, что у слова фобия помимо определения ненависти к чему-либо есть и второе значение. Страх.

«Мой роман не исламофобский, он направлен против джихадизма, который как раз и нагнетает исламофобию в прямом смысле этого слова, то есть страх перед исламом. Действия джихадистов именно на это и направлены», — уточнил в последующем 60-летний писатель.

Изначально Уэльбек хотел назвать свой роман «Обращение». И рассказать в нем о пути главного героя к католицизму. Как это было у писателя-натуралиста Гюисманса, творчество которого изучает основное действующее лицо романа — филолог, преподаватель Сорбонны сорокачетырехлетний Франсуа. Но, эта фабула у него не реализовалась. И тогда автор переиграл католический сеттинг на более выигрышный и злободневный.

Действие романа начинается во Франции летом 2022 года накануне выборов президента. Второй срок Франсуа Оланда заканчивается кровавыми столкновениями между ультраправыми во главе с Мари Ле Пен и радикальной мусульманской молодёжью. Совпадения имён здесь неслучайны. Уэльбек словно намекает на то, насколько еле различима разница между фантазией автора и её воплощением. Во всяком случае, сама Мари Ле Пен назвала роман «вымыслом, который может стать реальностью». Как стало реальным когда-то немыслимое избрание сына мусульманина, Барака Хусейна Обамы президентом США в 2009 году и мусульманина Садика Хана мэром Лондона в мае 2016 года.

В сюжете по итогам избирательной гонки побеждает лидер умеренных исламистов Бен Аббас, глава «Мусульманского братства». Сразу после победы Аббас восстанавливает порядок в стране. С этого момента жанровые рамки романа на стыке антиутопии и альтернативной истории начинают сползать в сатиру как на Ислам так и на современное европейское общество. Хотя казалось бы исламизаторские реформы Бен Абеса направлены только во благо — в стране падает уровень безработицы. Правда за счёт того, что женщин отправляют домой. А ещё делается ставка на малый семейный бизнес, чтобы отныне гражданин работал на себя, а не на дядю. Но уж если взялся причинять людям добро, то причини его так, чтобы мало не показалось. Во-первых, исламизация образования. Во-вторых, разрешение многоженства. В-третьих, все должно происходить сугубо демократично. Никакого насилия. Шариат дело добровольное. И это не издевка. Именно так и было к примеру в Османской империи, где немусульмане — так называемые «зиммми» жили по своим конфессиональным нормам.

Правда по сюжету во Франции 2022 в супермаркетах закрываются кошерные отделы, а женщины перестают носить платья и юбки. Отныне «угадывание женских ляжек и мысленная проекция, доходящая до точки их скрещения у лобка» становятся недоступным для Франсуа. Чьим «редким и ненадежным эрекциям требовались упругие, гибкие и безупречные тела». Как и право преподавать в Сорбонне, что могут делать только практикующие мусульмане.

 И агностик Франсуа увольняется, получив достаточно щедрые отступные и приличную пенсию. Собственно, более по сути о политическом антураже романа сказать нечего. Автор делает ещё пару вялых «набросов» на тему планов Бен Абеса объединения Европы с исламскими государствами, а затем уделяет гораздо больше времени рассуждениям о Гюисмансе, малоизвестном нынешнему российскому читателю чем деталям самой антиутопии.

Действие романа неторопливо и спокойно повествует о рефлексиях Франсуа по поводу секса или его нехватки во многом схожими с половыми перверсиями главного героя «Лолиты» Гумберта Гумберта, тоже филолога по профессии. Франсуа также проявляет интерес к девочкам-подросткам. В романе такие достаются в жены новообращенным мусульманам. Как, например, Редигеру — новому ректору Сорбонны, активно склоняющему Франсуа к переходу в Ислам.

Между тем Франсуа страдает. Его только что покинула Мириам — молоденькая студентка, умеющая возбуждать самыми запретными ласками единственного друга Франсуа — его член.

Посещение порносайтов, секс с проститутками, в том числе этническими мусульманками, лечение грибка и геморроя между приемами полуфабрикатов из ближайшего супермаркета никак не могут заполнить ту пустоту, которая царит в душе героя. Смерть родителей также оставляет его безучастным. Налицо типичный кризис среднего возраста. Излюбленная тема Уэльбека о котором он пишет почти во всех своих книгах.

На этих аспектах духовных метаний Франсуа можно было бы не останавливаться столь подробно, если бы они не иллюстрировали деградацию западного общества потребления и не служили благодатной почвой для возможного перехода в Ислам. Ибо природа не терпит пустоты. И если Западу сегодня нечего предложить кроме сомнительных либеральных ценностей, типа защиты прав сексуальных меньшинств, ювенальной юстиции, эвтаназии, то Ислам готов наполнить смыслом жизнь абсолютного любого. К сожалению, трагические события последних лет показали, что очень часто новообращенные или вспомнившие о своих корнях «этнические» мусульмане заполняют пустоту радикализмом у себя дома или за морем на территории так называемого ИГ*. Но не таков герой романа Франсуа. Он всего лишь смиренный наблюдатель. Которого вот-вот «соблазнят» приемом в другую веру. Прозрачная аллюзия на то, как в своё время Франсуа соблазнял молоденьких студенток.

Здесь стоит подробно остановиться на ключевой сцене романа — беседе Франсуа с Редигером. Новый ректор Сорбонны хочет, чтобы Франсуа вернулся к работе. И для этого ему нужно всего лишь стать мусульманином. В ходе беседы Редигер излагает некоторые постулаты Ислама. Но Ислама ли? Если приглядеться к деталям, то начинаешь понимать сколь тонко построена провокация Уэльбека. Который вроде бы борется с джихадистами.

Во-первых, не просто так автор акцентирует внимание на место разговора. Он происходит в том самом доме где жил Доминик Ори — автор культового романа садомазохизма «История «О». Редигер просто без ума от этого романа, описывающего оргии в ходе которых женщин приучают к сексуальному подчинению.

Во-вторых, беседа как-бы мусульманина Редигера с Франсуа проходит под рюмку алкоголя. Редигер своим примером ненавязчиво подталкивает Франсуа к мысли, что тот почти не почувствует разницы перейдя в Ислам. Он сможет точно также пить и употреблять юных дев как и раньше. А это по сути решающий аргумент для такого стареющего ловеласа как Франсуа.

Мишель Уэльбек всегда подчеркивает, что «солью его романов является провокация». Весь вопрос в том насколько далеко можно в ней зайти, когда касаешься темы религии. В 2002 году французский суд оправдал Уэльбека от обвинений Парижской мечети и других мусульманских организаций в оскорблении Ислама. А в январе 2015 радикалы-исламисты совершили нападение на редакцию журнала «Шарли Эбдо», публиковавшего издевательские карикатуры на пророка Мохаммеда. Нападение,  в ходе которого погиб давний друг писателя, зловещим образом совпало с выходом романа «Покорность».

После этого Уэльбек принял решение прервать рекламную компанию романа. Но после трагических событий в Париже и Ницце «Покорность» уже не нуждается ни в какой рекламе. И нам остается только догадываться — какой вариант приблизили теракты — Чудиновой или Уэльбека?

Чтож, Европа умерла. Да здравствует Европа! Но какая?

 


* Запрещенная в России организация

 

Комментарии

Вверх