СПб, ст. метро "Елизаровская", пр. Обуховской Обороны, д.105
(812) 412-34-78
Часы работы: ежедневно, кроме понедельника, с 10:00 до 18:00
Главная » Журнал «ПИТЕРBOOK» » Интервью » Ютта Рихтер. Сплошное творчество

Ютта Рихтер. Сплошное творчество

18:01 / 06.11.2014

О Ютте Рихтер хочется сказать — «сплошное творчество». Человек, в котором творчеством является — всё, от манеры общения до места жительства (замок), от прогулок с собакой до серебряного кольца на руке. Признак истинно-творческой натуры — невероятная щедрость: стихи, которые она публикует в своем блоге, фотографии, поездки по миру и бесконечные часы с читателями.

Ютта Рихтер — немецкая писательница. Родилась в 1955 году в Вестфалии. Некоторое время жила (училась) в Детройте, вернулась в Германию, изучала теологию, германистику. Пишет для детей. Приехала в Россию в связи с изданием ее книг — «Щучье лето» и «Я всего лишь собака». Посетила Петербург и Псков.

…Когда встреча Ютты Рихтер с читателями закончилась, у журналистов было время задать вопросы. И уж конечно, мы тут же спросили писательницу о том, как ей понравились наши дети.

Ютта Рихтер ответила немного неожиданно.

— Я была глубоко тронута тем, как дети подготовились к этой встрече. Как они были одеты. Так аккуратно, так элегантно. Мальчики — с галстуками. Девочки — в таких изящных костюмах. Я даже попросила прислать мне потом общую фотографию, которую мы делали на память, — иначе в Германии мне не поверят, какие были дети!.. И потом, как они слушали! Ведь это же было, — она засмеялась, — в общем-то, скучно — слушать чтение на языке, который они почти не понимают, и ждать перевода… А они сидели и внимательно слушали…

Мы не стали открывать Ютте «великий секрет» касательно внешнего вида детей: они просто пришли на мероприятие в нормальной школьной форме. Да, уже нет той старой формы, похожей на гимназическую, которая так умиляла людей старшего поколения, — но все равно сказывается привычка к деловому стилю, которую воспитывает школа в наших детях.

И вели они себя так, как привыкли на уроках.

Однако сам ответ гостьи вдруг всколыхнул старые-старые воспоминания. Когда-то (увы, очень давно), когда я сама училась в школе и к нам приезжали гости, обычно из ГДР, но бывали и из ФРГ, — они посещали уроки немецкого языка и потом всегда восхищенно отзывались об опрятном внешнем виде ребят и о дисциплине на уроках. Уверяли, что у них в Германии совсем-совсем не такая дисциплина. И даже показывали «разнузданные позы», в которых дети порой сидят у них на уроках.

Удивительно, что Ютта сказала то же самое.

И вдруг само собой пришло слово: традиционность. Каким-то невероятным облегчением было узнать, что остались — и весьма успешны, — в нашем мире люди, живущие внутри традиционных книжных ценностей. От Ютты исходит ощущение глубочайшего творческого здоровья. Щедро одаренная, она как хозяйка огромного сада, из которого раздает плоды, каждому по вкусу: пишет детские книги, стихи, поет, создает тексты для радиопередач, рисует, по ее произведениям ставят спектакли. Она великолепно читает вслух, легко и интересно общается с читателями.

Встреча проходила в Центральной детской библиотеке номер два Невского района. Пришли ребята — если судить на глаз, с третьего или четвертого по седьмой, может, восьмой классы. Многие знали немецкий и задавали вопросы по-немецки.

В холле можно было купить две книги Ютты Рихтер, изданные в русском переводе, — «Я всего лишь собака» и «Щучье лето», — и потом получить автограф у автора. И Ютта терпеливо выспрашивала у ребят, как пишутся имена — «Полина», «Филипп», «Андрей»… Трогательно волновался мальчик по имени Руслан, но и его имя писательница написала правильно.

Предваряя чтение отрывка из своей книги «Щучье лето», Ютта Рихтер сказала:

— Я верю в целительную силу слова. Книга может стать другом человека, даже когда он совершенно одинок.

Я не знаю, кто сейчас может высказаться так прямо, так просто, с такой великой верой в возможность художественного слова. Так говорили раньше, когда еще не существовало интернетного скептицизма и не было привычки оглядываться на огромный незримый мир виртуальных собеседников, с бесчисленными мнениями которых постыдно привыкаешь считаться.

«Я вот напишу сейчас, что книга может прийти на помощь и спасти человека — так, как это сделал бы настоящий друг, “из мяса и костей”, — а мне целая куча народу тотчас напишет возражение: “А меня никакая книга не спасла! А я вообще ненавижу читать! А вот наша учительница литературы…” — и пошло-поехало».

У Ютты же это — свободно, без оглядки на возможную публику из числа «отрицателей».

Книга может стать человеку другом. И задача писателя — создать такую книгу.

Может быть, для кого-то это станет «Щучье лето». Повесть затрагивает весьма непростую тему, с которой, случается, приходится иметь дело ребенку: болезнь и смерть близкого человека. У двух братьев из повести тяжело больна мама, и вот один из них загадывает: если он сумеет поймать большую щуку, которая вызывает у него страх, — мама поправится.

— Не знаю, есть ли в России такая детская игра, — сказала Ютта Рихтер, — но у нас нужно так идти, чтобы не наступать на границы между квадратиками плиток, которыми вымощена дорожка, — и тогда ты хорошо ответишь на уроке.

И снова кольнуло: вот оно, старое, неумирающее, то, из детства, что осталось неизменным. Конечно, была такая игра — не наступать на границы плиток… И кругом кивали и улыбались: точно, точно, было-было такое.

— Но это не всегда сбывается, — продолжала Ютта. — Так не сбылось и у мальчика. Хотя он все-таки поймал свою щуку.

— Разве дети не хотят, чтобы книга непременно хорошо заканчивалась? — спросили мы.

— Этого все хотят, и дети, и взрослые, — ответила Ютта. — Но и в жизни не всегда получается оптимистический конец. С другой стороны, нельзя сказать, чтобы все совсем было так пессимистично. Ведь мальчик не только загадал желание, которое не могло исполниться, поскольку у его мамы был, к сожалению, неизлечимый рак. Он еще преодолел свой страх перед щукой, он победил большую рыбу, он вырос.

На вопрос, не «попадало» ли Ютте за то, что в своих книгах она вот так прямо говорит о вещах достаточно страшных, Ютта Рихтер ответила:

— С детьми нужно говорить обо всем, что они хотят узнать. Наше представление о детях далеко не всегда соответствует действительности. Их не обязательно защищать от всего, что может встретиться им в жизни. Такие книги, как «Щучье лето», — возможно, не из числа тех, которые мама будет читать ребенку на ночь. Нет, это та книга, которую ребенок прочитает сам, наедине с собой.

Ютта вспоминала свое детство:

— Я росла в маленьком городе, где не было больших библиотек, и очень быстро прочитала весь стеллаж с детскими книгами. Но у нас была очень умная библиотекарь, она стала давать мне любые книги, где встречалось хотя бы упоминание о детях… А первая книга, которая принадлежала лично мне, называлась «Рыба-дракон» — там рассказывалось о встрече китайского мальчика с каким-то белым ребенком — может, американцем, — эта книга показала мне, каким огромным может быть мир. Какой великий мир открывается человеку в книгах.

Второй книгой, которая оказала на Ютту Рихтер большое влияние, стали, по ее словам, «Муми-тролли».

А из любимых российских писателей она уверенно назвала Чингиза Айтматова — повесть «Джамиля».

Над своим рабочим столом, как сказала Ютта, она повесила слова, которые приписывает Горькому: «Для детей надо писать как для взрослых — только лучше».

— Так почему вы стали именно детским писателем?

— Во-первых, я была замужем за писателем, который писал для взрослых. А я стала писать для детей, — тут она засмеялась: видимо, это заранее заготовленный ответ на подобный вопрос. — Во-вторых, внутри меня до сих пор живет тот ребенок, которым я была. У меня еще столько идей, столько воспоминаний, столько всего! Жизни не хватит все это записать.

— Что вы пишете сейчас?

— Когда я вернусь домой, я начну новую книгу, которая будет называться «Фрау Волле».

(Wolle — шерсть; а еще это название созвучно «Frau Holle» — немецкой сказке о старой ведьме, которая живет высоко-высоко в горах и вытряхивает там свои перины, и когда она это делает, то идет снег).

О том, про что будет следующая книга, Ютта Рихтер не рассказала, но охотно охарактеризовала некоторые другие свои произведения.

Любимой из тридцати семи написанных ею книг она назвала «Собаку с желтым сердцем». Собака эта изучала различные языки, в том числе и человеческий, и уверяла, что знает того, кто вообще «все это изобрел». Книга «У тихого большого озера» рассказывает об ангелах, которые помогают человеку не бояться. А «Море находится за вокзалом» — современная городская сказка про мальчика, который живет на улице и продает своего ангела-хранителя, чтобы получить деньги. (Но под конец он вернул своего ангела обратно!)

Ютта вообще много и интересно говорила об ангелах, которые есть у человека, и замечательно прочитала свое стихотворение об ангеле медлительности, покровителе улиток, том, который помогает человеку не спешить, подумать, оглядеться по сторонам. (Это стихотворение можно найти в ее блоге и перечитать).

Особенное наслаждение доставляет слушать прекрасную немецкую речь Ютты Рихтер, ее красивое произношение, «отлитое» в стихотворную форму.

— Стихи — это то, что ты можешь написать быстро. Это не то, что сочинять большое произведение. Стихотворение — скорейший способ привнести гармонию в хаос, — так ответила Ютта Рихтер на вопрос очень серьезной девочки, которая сообщила, что ей десять лет и что она тоже пишет стихи, особенно «когда красивая луна»: «Какие вам нужны условия, чтобы писать стихи?»

Я задала приблизительно тот же вопрос: «Какие вам нужны условия, чтобы писать прозу?»

Дело в том, что я коллекционирую творческие методы разных писателей. Кто-то пишет по ночам. Кто-то — в парке. Читала о человеке, которому работалось, если он печатал на машинке, стоящей на полу, а сам он при этом свешивался с дивана.

Но Ютта и в этом вопросе традиционна:

— Я встаю, завтракаю, сажусь за стол… Смотрю в окно… — А вид из окна, надо сказать, у нее потрясающий! — Но есть одно правило, которому следую всегда, и оно мне очень помогает: я останавливаюсь на самом интересном месте. Я оставляю работу вечером так, чтобы утром точно знать, о чем буду писать, — и так, чтобы утром мне хотелось скорей бежать к столу и продолжать историю.

— Самое трудное, как вы говорили, для вас — написать первую страницу?

— Да, потому что необходимо найти верную ноту, правильный тон. Это как в музыкальном произведении.

…Когда закончились чтения отрывка из «Щучьего лета», младшие школьники прочитали маленький кусочек из другой книги — «Я всего лишь собака». Читали по-немецки. И Ютта отметила, как правильно они читали: коротко, отрывисто, словно собачий лай.

Одна из девочек сказала, что тоже хочет написать произведение от лица животного, — что бы ей посоветовала писательница?

— Наблюдать! — уверенно ответила Ютта Рихтер. — От того, какое это животное, будет зависеть стиль. Собака — отрывисто, короткие фразы. Кошка — совсем по-другому, — тут Ютта показала кошку: «ааах, какой скуууучный деееень…», — манерно, длинно, немного вычурно…

— Нравятся ли вам спектакли, которые ставят по вашим произведениям?

— Как говорят в театре, хороший автор — мертвый автор, — засмеялась Ютта. — Сколько людей — столько мнений. Но бывают действительно потрясающие постановки.

Тридцать семь произведений Ютты переведены почти на все языки мира. Она говорила об этом просто и радостно. Это все языки Европы, а еще — китайский, японский, корейский, даже пушту… У нее множество литературных наград, недавно ее номинировали на приз Астрид Линдгрен. «Это как Нобелевская премия среди детских писателей».

Начинала Ютта в пятнадцать лет. Некоторое время она жила в Америке, и там ее внезапно охватил страх — утратить немецкий язык, немецкость. Она начала вести дневник и превратила его в книгу, которую назвала «Попкорн и звездно-полосатый». Удивительно, но книгу удалось опубликовать.

Ютта вернулась в Германию, пришла в книжный магазин, выписала адреса больших издательств и всем разослала свою рукопись. Через восемь недель она начала получать письма.

— И это были не простые открытки с отписками, а настоящие, продуманные письма от редакторов, было видно, что книгу прочли. И одно издательство сказало — да, мы ее опубликуем. Я думаю, мне очень повезло.

Добавлю: повезло не только ей. Повезло читателям. На моем экземпляре «Собаки» Ютта написала: «Елене от Ютты Рихтер». А потом вписала: « Herzlich ». Лучше всего это слово перевести как — «от души».

Я хотела спросить: почему Ютта Рихтер выбрала для своего визита именно эту библиотеку, отнюдь не в центре Санкт-Петербурга? И почему вообще она решила приехать в Петербург и Псков? Почему не в Москву? Но в тот момент, когда она сидела в светлой, полной детей и книг, по-настоящему гостеприимной библиотеке — отнюдь не в центре Санкт-Петербурга, — почему-то казалось абсолютно естественным, что она именно здесь. Так и я у нее и не спросила.

ЕленаХаецкая

Комментарии

Вверх