Осмыслить и понять историю России пытаются многие, правда ни у кого это толком не получается. Рискну заметить, что у Вячеслава Пьецуха тоже не получилось, впрочем, он на это и не претендовал – недаром его книга называется «Догадки», а не «Отгадки». Зато в отличие от множества брызжущих слюной политиков и политологов он подошел к делу с юмором и от этого только выиграл, ибо знание, подкрепленное юмором, невозможно загнать в узкие рамки какой-либо невразумительной теории. Наоборот, научные чаяния автора книги вполне оправдали себя, и пусть здесь нет ответов на вопросы, зато присутствует здоровая ирония, без которой сегодня трудно обойтись человеку, болеющему сердцем за свою страну.

«Догадки» – это сборник повестей и рассказов, центральное место в котором занимает научный труд с уклоном в беллетристику под названием «Роммат» (романтический материализм).

Хочу сразу попенять редакторам книги на то, что они не догадались проставить даты написания текстов Пьецуха. Ибо когда замечаешь, что, говоря о 1806 годе, автор употребляет выражение «прошлый век», невольно удивляешься и лезешь в интернет за ответом. Оказывается, «Роммат» был опубликован еще в 1990 году, и вопрос, почему редакторы никак не отметили это в книге, вполне закономерен.

Впрочем, сама книга вышла на удивление хорошей. Начинается она с ироничного предисловия автора, в котором он констатирует, что «историю делают по преимуществу дураки». «Дурак так завернет процесс, спровоцирует такие фантастические обстоятельства, собьет с пути истинного столько благородных и дельных людей, что только начнешь разбираться в причинно-следственных связях, так сразу ум расступается, как выражались наши пращуры в старину». Таким вот образом, с шутками и прибаутками Пьецух ставит важнейший вопрос – вопрос о роли личности в истории. Вот один из его героев – Сергей Иванович Бухало. Вздумалось ему как-то построить огромный аэроплан, чтобы с его помощью угрохать царскую семью вместе с царем, так ему и деньги на это дали, и в Германию для постройки летательного аппарата отправили, только не вышло ничего. Заглох аэроплан, не успев даже подняться в воздух.

Этот анекдот не так-то прост, как может показаться на первый взгляд. Сколько таких Сергеев Ивановичей Бухало употребляло в свое время все силы на то, чтобы примерно наказать монарха? Мечтал об этом и еще один герой уже другого рассказа Пьецуха – капитан Костенко. И у него не получилось. Зато заканчивается рассказ упоминанием о вроде бы незначительном человечишке – нижнем чине 108-го пехотного полка. И вроде бы писать о нем незачем – ничем он не примечателен, человек и человек, даже фамилия у него вполне обычная: Юровский.

Пьецух пишет не только о роли личности в истории, он пишет и о роли отдельно взятого исторического события. Недаром свой монументальный труд «Роммат», посвященный восстанию декабристов, он начинает аж с времен Петра I, бегло проходится по всем дворцовым переворотам XVIII столетия и только затем принимается рассказывать печальную историю первых русских революционеров.

Рассказывать истории Пьецух действительно мастер. Но, чтобы не перехваливать именитого писателя (его и без меня похвалят) обращу ваше внимание на то, что насторожило в «Роммате» лично меня (кому-то этот нюанс, может, и понравится).

Дело в том, что я всегда с недоверием отношусь к историческим исследованиям, в которых герои запросто между собой разговаривают, спорят, думают вслух и т.д. Я понимаю, что жанр «Роммата» позволяет автору подобные вольности, и, кроме того, в построении диалогов ему действительно трудно найти равных, но все же я не совсем это принимаю.

А книга у Пьецуха получилась очень и очень актуальная. Впрочем, историческая проза в России будет актуальна всегда, вот только грамотных авторов может оказаться не много. Но пока за дело берутся такие люди как Пьецух, я за историческую литературу спокоен. Что, что, а стреляного воробья (не меня, разумеется, – автора «Догадок») на мякине не проведешь.